Кто способен на такое? Тиззгха? Или адепты ордена Трех Сил? И как это работает? Меня комшмарят на расстоянии, поскольку рядом вроде никого нет… хотя где я на самом деле?
Думать было трудно, мысли ворочались с трудом, как еще не проснувшиеся с утра бегемоты.
— Папа, мне больно… — повторила Сашка и пропала.
На миг проявился тоннель, но тут же я оказался дома, перед кроватью дочери, и она слабо улыбнулась мне.
— Расскажешь сегодня сказку? — произнесено это было шепотом, но от него едва не лопнули мои ушные перепонки.
Я затрясся, потянулся к ней, снова удивился, что руки у меня грязные и ободранные, и рукава какие-то странные. Попытался встать на колени, но от этого движения кроватка с лежащей в ней дочерью, с розовым одеялом в радужных пони зарябила, как изображение на экране.
И тут я стряхнул наваждение.
Я находился в темном смрадном коридоре, надо мной виднелось отверстие, откуда я только что явился. Котик смотрел на меня с беспокойством, дергал длинным пушистым хвостом, он явно понимал, что со мной что-то происходит, но не мог сообразить — что именно, и чем помочь.
Третье видение затянуло меня как водоворот, я обнаружил себя в больнице, в тот день, когда мы сдавали Сашку на операцию… Я только что подписал контракт с ООО «Гегемония», и должен был уехать, и Юля злилась на меня, и мне было тогда больно и страшно…
Я встряхнулся, пытаясь сбросить с тела, с мозга невидимые щупальца.
Вспомнил, как боролся с другими попытками вывернуть мой мозг наизнанку. Наверняка эти глюки утянули бы меня в реальность воспоминаний, превратили бы в слюнявого идиота, не пройди я в последнее время жесточайшую школу психической самозащиты.
Я ударил кулаком по стене, чтобы боль вернула меня к реальности, и это помогло.
— Отвали! — закричал я, и ударил по невидимому врагу собственной злостью, точно кувалдой, наотмашь.
А ответ далеко во тьме что-то снова вздохнуло, и я понял, что остался в одиночестве.
— Хр? — Котик вопросительно изогнул спину.
— Все в порядке, дружище, — я нагнулся, чтобы его погладить, но понял, что ноги меня просто не держат.
Прислонившись к стене, я буквально сполз по ней и принялся стаскивать с себя рюкзак: где-то там внутри должен быть сухпай, то, что мне сейчас нужно больше всего. Однако руки мои наткнулись сначала на нечто твердое и угловатое, и я вытащил Живую Энциклопедию, о которой не вспоминал с самой Бриа.
Зашелестели страницы, и на открытом развороте появились светящиеся буквы.
Знакомое приветствие, все как обычно.
— Кто мне мозги пудрил только что? Скажешь? — спросил я просто так, не особенно надеясь на ответ.
Книга вздрогнула, как живое существо, которым она в определенной степени и являлась. А затем ответила «Разумные создания, принадлежащие к ордену Трех Сил, используют проективные техники биогенного характера, способность продуцировать наведенные образы на мозг других живых существ».
Понятно, значит Лиргана или кто-то еще из ее кодлы. Младший наставник, надо же! Быстро она там карьеру сделала — из трупов в командиры, пусть пока и не самые главные…
— Вот так, — сказал я Котику.
— Хр, — ответил тот и принялся тереться о мое колено, мордой, боком, хвостом, и затем снова мордой, и все это с могучим урчанием.
Одной рукой я гладил его мохнатую спину, а другой потрошил давно надоевший сухпай. Грыз плитку из орехов и вяленых ягод, запивал витаминизированным напитком из бутылочки, с чавканьем засасывал в себя мягкий сыр цвета молодой травы, жевал вяленое мясо, и все это сегодня казалось таким же вкусным, как и в тот далекий день, когда я только попробовал новую для себя еду.
На борту «Гнева Гегемонии».
Когда сверху донесся металлический скрежет, я не сразу сообразил, что происходит. Только когда из колодца посыпалась ржавчина, я понял, что кто-то наверху пытается вскрыть люк, и вряд ли это мои друзья!
Либо Лиргана, либо тиззгха, хотя тут хрен редьки не слаще.
Как я сразу не догадался — если на меня могут насылать видения, то могут и найти!
Тело слушалось плохо, мускулы болели, ныло все, от макушки до самых пальцев ног. Хотелось лежать и не отсвечивать, а чтобы двигаться, приходилось себя буквально заставлять, насиловать.
Но я все же поднялся, и побежал прочь.
Пока сидел, успел обдумать, что делать, и решил, что буду пробираться на восток до ближайшего выхода, и там поднимусь наверх, попробую связаться со своими — через шлемы разговаривать мы можем буквально вплотную, на расстоянии в километр или даже меньше, но что делать? Дальше отправлюсь туда, где на меня напали, и попробую по следам разобрать, куда пошли Дю-Жхе, Макс и остальные.
В одиночку я точно не доберусь до того места, где держат Сашку с Юлей, а если даже и доберусь, то ничего не сделаю.
За спиной грохнуло, я услышал далекие злые голоса — значит Лиргана и ее банда. Почти тут же от стены отделилась тень и бросилась мне наперерез. Котик злобно рыкнул. Черный человек буквально врезался в меня, и я снова испытал то же самое, что и в прошлый раз — словно тяжелой мокрой тряпкой хлестнули по внутренностям, по мозгам и кишкам.
Голова кружится, хочется блевать.
