— Так я могу идти? — вежливо подтолкнул его к нужному решению Демьян Петрович.
— Идите! Я вас еще повесткой к себе вызову..
Демьян Петрович вышел из кабинета и сразу направился на улицу. Оставаться в офисе не имело ни малейшего смысла. Надо было передохнуть после беседы с капитаном и хорошенько все обдумать.
***
Следующие несколько дней вышли довольно странными, и скорость с которой происходили события было трудно назвать нормальной.
Во-первых, на Демьяна Петровича обрушилась сразу масса какой-то операционной текучки. Сотрудники компании, потеряв генерального директора, почти молниеносно перенастроились на решение текущих вопросов через его первого зама. Демьяну Петровичу с трудом удавалось выкроить хотя бы пару минут чтобы передохнуть или перевести дух — люди шли к нему нескончаемым потоком и каждый считал своим долгом пропихнуть именно свою бумажку на подпись.
При этом Демьяна Петровича поражало, что несмотря на недавнюю трагедию, офис жил практически своей обычной жизнью — люди улыбались друг другу при встрече, шутили в коридорах и в целом вели себя довольно непринужденно. На ум приходила лишь одна мысль, которая могла объяснить происходящее. Очевидно, люди работающие в продажах фармпрепаратов, привыкли с цинизмом относится не только к жизни, но и к смерти. Их больше интересовало выполнение плана работы и связанный с этим бонус к зарплате, а кто стоит у руля было неважно. Идеология Дмитрия Константиновича продолжала жить и без него, все пилили деньги и трудились на благо повышения собственного уровня и качества жизни.
Во-вторых, капитан Круглов сдержал свое обещание и вызвал Демьяна к себе на допрос. В маленьком казенном кабинете со служебной мебелью и унылыми стенами Круглов чувствовал себя комфортно как дома. Да, собственно это и был его второй дом.
Закурив сигарету, капитан из уголовного розыска сидел в уже знакомой Демьяну Петровичу вальяжной позе, и всячески старался демонстрировать свое превосходство. Разговор он решил начать с очередного наезда:
— А вы, товарищ вице-президент, похоже известная фигура? Как я посмотрю, так убийство своего директора является вашей визитной карточкой…
— Вы не могли бы выражать вашу мысль яснее? Я не уверен, что понимаю вас.
— Понимаете, отлично меня понимаете! — Круглов прищурился и выпустил струю дыма. — Но на всякий случай напомню, что ваш предыдущий директор в предыдущей компании также умер насильственной смертью. А потом вы пришли в Фармамед и что же? Не прошло и месяца как генеральный директор снова убит.
— И что?
— О, как! И что?.. — Он взмахнул рукой в воздухе, описав сигаретой какую-то фигуру. А потом склонился над столом и резко усилил нажим. — Да, то что вы каждый раз находитесь в подозрительной близости от убитых. Что скажете?
— Страна у нас видимо такая, где директором крупной фирмы быть смертельно опасно.
— Ты мне тут демагогию не разводи! Страна у него видишь ли не такая… Вот такие как ты ее и продают по частям!
Демьян не стал отвечать на тираду капитана, сознавая что того видимо больше волнует не то, что кто-то продает страну, а то что ему тоже хотелось бы получить при этом свою долю.
Следователь смотрел прямо в глаза, и Демьяну показалось что тот принимает какое-то решение относительно того как ловчее дальше вести разговор. Наконец Круглов спросил:
— Про наркотики что знаешь?
— Какие наркотики? — тут уж Демьяну Петровичу не надо было изображать удивление, он и впрямь не понимал куда клонит беседу следователь.
— Обычные такие наркотики, которые мы обнаружили на служебной кухне в приемной убиенного директора. Ну, правда не совсем обычные.. Галлюциногены…
— Ого! — мозг Демьяна лихорадочно заработал. Внезапно многие разрозненные детальки начали вставать на свои места.
Демьян уже слышал несколько раз обрывочные фразы о трагедии, произошедшей с первым и главным основателем Фармамеда несколько месяцев назад. А после убийства второго основателя, он не поленился и просмотрел газетные статьи и информацию в интернете по первому случаю.
Ему сразу показалось странным, что молодой и здоровый предприниматель вдруг взял и выпал из окна собственного кабинета. При этом Демьян понимал, что выбросить его насильственно никто не мог — ведь дело произошло в середине дня и имелось достаточное количество свидетелей того, что президент компании был в момент трагедии в кабинете один.
Услышав в аэропорту рассказ о давлении на руководство Фармамеда «людьми из кремля», Демьян увязал в голове эти два факта и понял, что вероятно первый владелец столкнулся с этим раньше своего друга. Ведь не совесть же его замучила в конце концов! Но раз его никто не выталкивал, значит он выбросился сам и сделал это весьма внезапно, даже не посвятив своего друга и партнера в детали проблемы. Вот это было очень странно, учитывая столь сильную духовную близость основателей, и Демьяну Петровичу никак не давала покоя эта мысль.
