— Да, синьор Мартинес. Ему требуется максимально подробная информация о местонахождении базы, охране периметра, укреплениях. Он будет работать автономно и в этот период мы не должны вмешиваться в происходящее, разве что потребуется немного отвлечь внимание его охраны, пошуметь или что-то в этом роде. Фернандес разработает план и посвятит нас в те детали, которые сочтет нужным. Вы знаете, он — одиночка. Впрочем как и все снайперы..
— Цену согласовали?
— Да, синьор. Все в озвученных вами пределах. Половину сейчас, вторую по окончании работы.
— Хорошо. Это очень хорошо, Луис…
Энрике вновь подошел к окну. В минуты напряженных раздумий он любил смотреть вдаль, это позволяло ему лучше сконцентрироваться. Рука вновь непроизвольно потянулась к амулету под рубашкой, ему предстояло принять важное решение. Сейчас он ни с кем не мог посоветоваться, абсолютно вся ответственность ложилась на его плечи. Он хотел бы проговорить детали своего плана с Натали, но в последнее время их отношения были несколько напряженными, и он не хотел усложнять их, посвящая ее в детали рискованного плана. Ведь, если покушение не удастся… Об этом думать не стоило. Война кланов — страшное дело, погибнут многие.
— Хорошо, Луис. Приступай к разведке. Найдите гнездо этого ублюдка. Я не буду говорить о серьезности ситуации и необходимости быть крайне осторожным. Сам знаешь, что у нас на кону — мы должны сработать филигранно точно и четко. В противном случае кровавая война растянется на годы. Этого допустить нельзя.
— Да, синьор Мартинес. Я несу личную ответственность перед вами.
— Просто сделай все правильно, Луис. Да помогут тебе наши боги.
Луис вышел из кабинета, столкнувшись в дверях с Натали, которая быстро спросила:
— Энрике, есть какие-то новости о Дэмиане?
— К сожалению, дорогая.. — Энрике приобнял жену. — К сожалению, они прочесали новый район и вновь не нашли никаких следов группы..
— Ясно…, — она внимательно посмотрела в лицо мужа. — Дай мне знать, если что-то найдется.
— Конечно, Натали, сразу же…
***
Чертовы обезьяны вновь наведались во владения Демьяна и на этот раз они совсем обнаглели, разбросав его вещи и уничтожив половину съестных припасов. Набеги мартышек, живших на одной из соседних пирамид уже стали для него привычным бедствием. Поначалу между человеком и обезьянами наблюдался паритет — Демьян ни разу не ходил на «обезьянью горку», а они остерегались ходить к человеку. Но какое-то время назад обезьяны осмелели и повадились воровать припасы фруктов, которые Демьян пытался высушить на солнце. Ему хотелось иметь заготовки сушеных ягод и фруктов на случай дальнего перехода, и теперь он часто экспериментировал с тем как сделать это наилучшим образом.
Первая партия фруктов, выложенных им на солнце попросту разложилась и сгнила. Вторую партию Демьян немного прикрывал сверху пальмовыми листьями и тогда фрукты высыхали, медленно теряя влагу. Это было гораздо лучше, но дольше — приходилось каждый день на ночь собирать фрукты, чтобы утром заново их разложить в сушилке.
И вот теперь, вернувшись с утреннего обхода территории с запасом свежей воды, Демьян увидел что натворили вредные мартышки в его отсутствие. Вся терраса была усеяна остатками сухофруктов вперемешку с его пожитками. Надо было срочно решать проблему с соседями, и Демьян прихватив с собой длинную палку-факел для убедительности, отправился в гости на окраину города.
Пирамида обезьян была крайним строением в черте деревни, и тропическая сельва поглотила ее почти целиком. Ее плотно обступали деревья буквально со всех сторон, а на самих ярусах росли крючковатые кустарники с толстыми ветками, почти лишенными листвы. Повсюду свисали корни тропических вьюнов-паразитов, которые ползли на верхние ярусы сельвы, туда где было больше света. Демьян срубил своим мачете пару лиан, мешавших проходу.
Подойдя ближе, он обратил внимание на то, что внешне пирамида, на которой селилась стая обезьян, оказалась совсем не такой как его собственная. Она была богато украшена резьбой, причем рисунки здесь были сделаны явно другой рукой и в другое время.
— А может быть даже другим народом, — подумал Демьян. — Ведь известно же, что после упадка одной культуры на ее место приходили другие племена. Может быть и здесь также — эта пирамида принадлежала совсем другому племени и поэтому стояла немного отдельно. А может здесь жил какой-то отшельник-шаман. Кто их теперь разберет.
Ярусов на обезьяньей пирамиде было меньше, да и высотой она была гораздо ниже. Зато на самих ярусах-площадках выложенных булыжниками и заросших мхом, стояли необычные каменные башенки, словно часовни или сторожевые будки охранников. Они были довольно большими, и Демьян уже привыкший всему в городе давать собственные названия почему-то окрестил их «беседками». В них и впрямь были видны широкие столы, за которыми вполне можно было с комфортом пить местный травяной чай и рассуждать о движении планет.
