Плавание Дориэя в Сицилию было вторым в серии экспедиций, предпринятых этим спартанским царевичем в конце VI в. Показательна настойчивость, с которой Дориэй пытался обосноваться в сфере карфагенского господства—в Африке (во время первой экспедиции) и в Сицилии (во время второй экспедиции). Уже это обстоятельство показывает, что походы Дориэя должны рассматриваться не только как следствие его личных неудач в борьбе за царскую власть в Спарте, но и как проявление определенной последовательной политики греческих полисов, направленной на вытеснение карфагенян из Западного Средиземноморья, прежде всего из Сицилии. В частности, Геродот (V, 42) рассказывает, что перед отплытием в Африку Дориэй не обратился к Дельфийскому оракулу за указанием, в какой стране должна быть основана колония. В словах Геродота явно ощущается намек на то, что Дельфы, стоявшие во главе общегреческого колонизационного движения, явно считали нежелательной колонизацию Дориэем Северной Африки. Этот намек становится еще более очевиден, когда в дальнейшем мы узнаем, что советники Дориэя настойчиво убеждали его основать колонию в районе финикийского господства в Сицилии, поблизости от горы Эрикс, и что Дельфийский оракул одобрил этот план. (Herod., V, 43).
Основание Дориэем вблизи Эрикса колонии, названной Гераклеей, было воспринято финикиянами, в том числе и карфагенянами, как явная угроза их господству. У Диодора (IV, 23, 3) прямо говорится о том, что в финикийских городах существовало опасение, что, «став более сильной, чем Карфаген, она (Гераклея. — И. Ш.) отнимет у карфагенян господствующее положение»[305]. Неудивительно, что Карфаген ответил на основание Гераклеи войной, бросив против новой греческой колонии значительные воинские силы. Можно предполагать, что, помимо Карфагена, в походе на Гераклею принимали участие и финикийские города Сицилии, заинтересованные в уничтожении своего столь близкого соперника. Союзником Карфагена была и Эгеста (Herod., V, 46). Из этого сообщения вытекает, между прочим, что, установив свое господство в Сицилии, карфагеняне оставили в неприкосновенности старинный союз финикиян и элимов. В результате продолжительной и упорной борьбы (Iust., XIX, 1, 9) пунийцам удалось разгромить Дориэя и разрушить основанную им колонию.
В источниках сохранилось указание на битву при Артемисии у берегов Испании, в которой массалиоты одержали победу над карфагенянами, применив прием διέκπλους— прорыв через строй кораблей противника[306]. Многие детали, связанные с непосредственной причиной столкновения, продолжительностью и результатами войны, невозможно определить. Однако можно признать вероятным, что столкновение карфагенян с массалиотами произошло вскоре после битвы при Алалии. Одним из этапов этой борьбы, видимо, было разрушение карфагенянами Майнаки. Судя по тому, что южная Испания в дальнейшем продолжала находиться под карфагенским господством, можно предполагать, что и после победы при Артемисии массалиотам не удалось сколько-нибудь существенно нарушить пунийскую монополию в этом районе.
Вторжение персидских войск в Грецию в начале V в. существенно изменило положение финикийских и греческих поселений Западного Средиземноморья. Создалась реальная база для союза между Персидской державой и Карфагеном с целью одновременного удара по Сицилии с запада и по Балканской Греции с востока. Препятствием для такого союза были притязания персидских царей на власть над Карфагеном.
Как рассказывает Геродот (III, 17 и 19), впервые с подобными притязаниями выступил Камбиз (около 520 г.). После покорения Египта он пытался направить свой флот на овладение Карфагеном. Однако в силу того, что финикияне отказались выполнить приказ царя, мотивируя свой отказ клятвами, запрещавшими вести войну «против своих детей», поход не состоялся, благодаря чему карфагеняне избегли персидского рабства. Можно предполагать, что финикийские информаторы Геродота преувеличили роль Финикии в провале морской экспедиции Камбиза. Вряд ли финийские города Передней Азии могли решиться на открытое сопротивление Камбизу, равносильное прямому объявлению войны. Подлинные причины отказа персидского царя от первоначально намеченного плана неизвестны; вероятно, здесь сыграли свою роль и недостаточная подготовленность войск к далекому походу, и — что еще более существенно — начинавшиеся волнения в самой Персии, приведшие впоследствии к гибели Камбиза.
