— Я знаю, что говорю, — ответила Эстер. Ее голос стал резким и неприятным.
— Эти убийства… — начала мисс Марпл.
— Неужели вы не можете забыть об убийствах? — воскликнула Эстер. — Вы уже и мистера Рэфьела втянули в эту историю. Пусть все остается как есть. Вы все равно никогда ничего не узнаете.
Мисс Марпл поглядела на нее.
— А вам кажется, что вы все знаете? — спросила она.
— Думаю, что да. Я почти уверена в этом.
— Тогда не должны ли вы рассказать… предпринять что-нибудь?
— Зачем? Что хорошего из этого выйдет? Я ведь не могу ничего доказать. В наши дни многим удается выходить сухими из воды. Это называется «неполнота ответственности». Несколько лет тюрьмы — и вы снова на свободе.
— А если из-за вашего молчания появится еще одна жертва?
Эстер уверенно покачала головой.
— Этого не случится, — заявила она.
— Как вы можете утверждать это?
— Я убеждена. И вообще, я не понимаю, кто… — Эстер нахмурилась. — Как бы то ни было, — несколько непоследовательно добавила она, — возможно, в данном случае мы имеем дело с «неполнотой ответственности». Может быть, человек и в самом деле не в силах совладать с собой, если он психически неуравновешен. Не знаю. Но самое лучшее было бы, если бы она уехала с этим субъектом, кто бы он ни был, и мы обо всем бы забыли.
Эстер взглянула на часы, испуганно вскрикнула и встала.
— Я должна пойти переодеться.
Мисс Марпл молча смотрела ей вслед. Конечно, женщины вроде Эстер Уолтерс любят бросаться местоимениями. Неужели она по какой-то причине была уверена, что именно женщина повинна в смерти майора Пэлгрейва и Виктории Джонсон? Похоже на то. Мисс Марпл задумалась.
— Вот как — мисс Марпл сидит одна и даже не вяжет?
Это оказался доктор Грейем, которого она так долго и безуспешно разыскивала. А теперь ему самому захотелось посидеть и немного поболтать. Конечно, он не останется здесь надолго, потому что ему тоже надо переодеться к обеду, а обедает он обычно рано.
Мисс Марпл объяснила ему, что ей сегодня пришлось сидеть у постели Молли Кендал.
— Прямо трудно поверить, что девушка могла так быстро поправиться, — заметила мисс Марпл.
— Ну, это не очень удивительно, — ответил доктор Грейем. — Она ведь приняла не такую уж большую дозу.
— О, я решила, что она проглотила полпузырька таблеток.
Доктор Грейем снисходительно улыбнулся.
— Вряд ли, — сказал он. — Может быть, она собиралась принять их, но в последний момент выбросила половину. Люди, даже если им кажется, что они хотят покончить с собой, часто на самом деле не так уж этого жаждут и поэтому принимают неполную дозу. Причем иногда это не обман, а просто подсознательное действие инстинкта самосохранения.
— Но может быть, она хотела, чтобы это выглядело так… — Мисс Марпл сделала паузу.
— Возможно, — согласился доктор Грейем.
— Если, например, у нее с Тимом была ссора?
— Вы же знаете, что они никогда не ссорятся. Они очень любят друг друга. Хотя поссориться всегда можно. Думаю, что сейчас с ней все в порядке. Она даже может встать и заняться делами, но на всякий случай лучше денька два подержать ее в постели.
Доктор поднялся, весело кивнул и направился к отелю. Мисс Марпл осталась сидеть. Множество мыслей теснилось в ее голове. Книга под матрацем Молли, ее притворный сон… то, что говорили Джоан Прескотт и Эстер Уолтерс?
Потом она снова подумала о том, с кого все началось, — о майоре Пэлгрейве. Что-то мелькнуло у нее в голове. Что-то касающееся майора. Если бы только она могла вспомнить что…
«И был вечер, и было утро: день последний», — произнесла про себя мисс Марпл.
Затем, слегка сконфуженная, она вздрогнула и села прямо. Случилось невероятное — мисс Марпл задремала в то время, когда играл стил-бэнд. Значит, она уже совсем освоилась в этом месте. О чем она только что думала? Какая-то цитата, но что-то в ней было неправильно… Ага, там говорилось не о последнем, а о первом дне…[9] Но как бы то ни было, сейчас не первый и, по-видимому, не последний день.
