Привыкая к свету, Адам щурился и старался разглядеть пиратов, когда его взгляд уперся во взгляд капитана.
- Твою ж ма-а-ать...- Только и простонал Адам.
Девушка стояла рядом с капитаном, довольная собой и лишь изредка поглядывала в сторону пленных.
Рок коротко кивнул, не сводя глаз с Адама. И под крики, уже начавших прикладываться к рому пиратов «Не замучай его до смерти. Детка!», «Покажи нам, что останется от мальчишки на утро!», «Оставь и мне на поразвлечься, чика!», пленника отвели в каюту, втолкнули и выстроились в почетный караул, пропуская девицу.
Как вести переговоры, что не являлась леди, Адам не знал. А вот что никаких переговоров и не предполагается он понял сразу, как только Пуговица захлопнула дверь и развернулась к мужчине.
- Заткнись, слушай внимательно, твоего согласия не требуется. Первое же «нет» и ты пойдешь на корм рыбам как остальные. – Произнесено это было спокойно, не моргая, глаза в глаза. Слова обозначились только легким жестом рукой куда-то за спину, словно девица отмахнулась от назойливой мухи.
Адам, не отводя взгляда, молчал.
В голове прокрутились варианты его использования. От выкупа до насилия. От выкупа после насилия до насилия с пытками и казнью. От развлечений одной девицы до участия всех команды. Видимо не было ничего, что эта Пуговица не могла бы сделать с ним.
Он коротко кивнул, угол рта пополз вверх, проявив морщинки у глаза. Второй глаз с наливающимся фингалом, неотрывно смотрел на девицу.
И тогда она ударила. Под ребра ногой, впечатав сапогом в солнечное сплетение и заставив пленника согнуться пополам и рухнуть на пол каюты. Адам шумно выдохнул, но больше не издал ни звука.
Приготовился к следующим ударам, сгруппировался, как мог со связанными руками.
- Сядь на стул.
Тяжело привстав, Адам облокотился руками о сиденье, подтянулся и, только собрался сесть, как девица выбила из-под него стул. Потом наклонилась над грузно рухнувшим мужчиной и, захватив волосы на затылке в кулак, запрокинула его голову.
- Мне нужно то, что у тебя вот здесь, - ткнула пальцем в лоб Адама. – А вот сломаны ли будут твои руки и ноги при этом меня не волнует. Ты будешь кричать, так или иначе. На палубе должны услышать тебя все. Понял?
Что это за игра? Что нужно этой «пуговице»?
- Что…
- Просто ори.
И на пол с грохотом полетело все, что было на столе. Потом сам стол со скрипом был сдвинут, а стулья один за другим были разбиты о перегородки каюты.- Ори.
И Адам закричал. Он еще не понял суть игры, но включился. Сопровождал криками и стонами короткими и протяжными каждый удар, привалившись к узкой кровати, ногами пинал перегородку и гремел раскиданной посудой и бутылками.
Они вошли в унисон. Каждый удар встречал ответ, соответствующий силе и громкости. Словно пуговица, ломая свою каюту, выпускала пар после боя. А Адам отпускал горечь потери корабля и свободы.
В какой-то момент нервное напряжение спало до такой степени, что оба, сначала тихо, а потом во весь голос засмеялись.
Нет, даже не так. Заржали.
Девица упала на пол рядом с мужчиной, раскинула руки и заливисто смеялась. Мужчина подтянул ноги, положил между коленями связанные руки и ржал, пока не закашлялся и не сплюнул кровь.
Наступила резкая тишина. В разгромленной каюте что-то витало. В оседающей пыли и отголосках криков и смеха за перегородками.
- Тебе надо, чтоб все знали, что ты бьешь и насилуешь мужчин или они и так это знают? Button.
- Энни Бэттон.
- Адам Лонели.
- Знают. Знают, что Энни и кожу живьем снимет.
Мужчина перевернулся на бок и увидел, что девица приняла такое же положение.
- А что еще делает Бэттон с пленниками?
- отрезает им язык. Орать и стонать это не мешает.
- Мой язык тебе нужен.
- Ага.
Какая ирония судьбы! Он дал прозвище девице пуговка. А она ею и являлась. Энни пуговица. Вот уж гроза морей! Хотя Ситцевый Джек и Рок Бразилец или Чернобородый сукин сын носили не менее веселые клички.
- Пуговка, а если я не хочу жить в этом мире?
- А я буду кормить Адама яблоками, как Ева, и если мы уйдем из этого мира, то вдвоем.
Адам резко сел и уставился на девицу.
- Вот как, значит, это происходит, да?
***
Когда все товары были перенесены, а рабы вновь закованы в кандалы и рассажены по трюмам, флейт "Радость" пошел ко дну.
Капитан Лонели был возвращен в трюм. Пленные матросы встретили своего кэпа сочувственным молчанием. Вид у Адама был помятый. А матросы наслушались рассказов о Роке и его дочери.
Адам на удивление не выглядел подавленным, это озадачивало его команду. Они точно знали, что последние полгода Адам Лонели был их капитаном. Справедливым и нежадным. Осторожным и рачительным. Они слышали, что Адам Лонели аристократ, родственники живут не в колониях, а в Лондоне. Видели, что капитан образован, воспитан и благороден. И были уверены, что им всем повезло гораздо больше, чем остальным наемным морякам в этом месте.
- Кэп, вы сторговались? Нас не отправят за борт?
- Нет. – Ответ можно было толковать как угодно. Но выражение лица у Адама было такое довольное, что и матросы заулыбались и выдохнули с облегчением.
