Никогда не знаешь, кем станешь в следующий момент: то ли вампиром, то ли одним из Стражей, что зарождает жизнь на земле… причем, в этой игре тебе уже заранее определена роль, и кто-то уже начал дергать за ниточки еще с момента твоего рождения. А все почему?.. Да потому, что ты сам не тот — кем кажешься. Один из игроков противоположной стороны. Один из знающих об угрозе для цивилизации людей..
— Срок почти вышел. Песочные часы завтра закончат свой отсчет времени, — заметил Алекс, смотря куда-то в потолок. В тесной комнате было душно, но, казалось, находящихся там это совсем не беспокоило.
— Мы знаем, — раздраженно откликнулся Кирилл, посмотрев на Алекса. — Но почему она тогда не дает о себе знать?!
— Да, мне тоже интересно, — отозвался обычно пассивный Серж. Вид у него был при этом такой, будто он сказал нечто философское и понятное только ему одному.
— Не разводите демагогию, — холодно произнес Артем, стряхивая в пустую чашку пепел от сигареты. Он сделал затяжку и продолжил: — Вы же знаете, что Госпожа не может проявить себя и свою силу пока остается человеком. Для того, чтобы она вернулась к нам, сначала нужно сделать ее вампиром.
— Да, но с чьей душой она связана? Я слышал, что этот артефакт Стражей — не простая вещица… — осторожно начал Алекс.
— Мы помним, — огрызнулся Кирилл.
— Что ты такой нервный? — удивился Серж, посмотрев на него — Поди, расслабься…
— Черта с два! Я не могу расслабляться, пока не получу вестей от Госпожи! — Кирилл вскочил с места, готовый убить любого. Его нервоз всегда выражался в желании прикончить первого, кто подвернется под руку.
— Не психуй, псих, — миролюбиво отозвался Алекс и посмотрел на Артема. Тот выдохнул дым и ответил:
— Нам остается только ждать. А что до Стражей… я думаю, что в качестве трофея мы получим их силу, хотя она предпочла бы просто от них избавиться, чтобы не мешали, но, кто знает… — На его губах появилась ядовитая усмешка, но почти сразу пропала. Артем резко вскочил с места и прислушался к чему-то. Напряглись и остальные.
— Кто-нибудь что-нибудь понял? — озадаченно спросил Алекс.
— Да. Завтра. Все произойдет завтра в дачной полосе этого города. И, кажется, нам указали конкретную личность, но я не понял кто это… — задумчиво произнес Артем.
— У тебя там есть свой дом — вот и займись этим, — ехидно сказал ленивый Серж. Его товарищ сумрачно посмотрел на него, но промолчал.
— Философам слова не давали, — буркнул Кирилл, немного успокоившись.
— Завтра… все произойдет завтра, — повторил Артем, посмотрев на часы, которые показывали ровно полночь…
«Я теряю контроль и самообладание,
Но держусь в рамках на данном дьяволом задании;
Да, бездушный разум и сталь снова в дамках.
Нервы крепче, чем металл на замках в замках»
Ура! 18 число! Полная свобода на даче за линией города! Ну, еще как сказать, за линией. Моя дача была в городе, хотя тут он уже и городом не считался. Тут гораздо тише… Дачная полоса располагалась почти под покровом соснового леса. На некоторых участках даже можно было увидеть сосны, говорившие о том, что их род тут главный над всеми остальными. «Даже человек над нами, гордыми, не властен», — словно с пафосом говорили они. Ну что ж, мы им верили и не трогали это сосновое царство. Воздух был пропитан летней свежестью, отовсюду раздавалось пение птиц, а кое-где и магнитофона. Недавно прошла гроза, и на деревьях еще сохранились признаки ее гнева. Даже солнце выглядывало из-за облаков как-то робко, словно приглядываясь, нет ли впереди еще какой-нибудь черной злой тучи. Несмотря на то, что был полдень, на улице было достаточно прохладно. Сильный ветер с азартом сбивал листья с верхушек деревьев, а капли, оставшиеся после дождя, падали на землю, пугая местную мелкую живность своим неожиданным визитом вниз. Мирная картина. Надо заметить, что в этом бору были не только сосны. Их разбавляли березки, ели, молодые и старые дубы. Около обрыва можно было встретить даже малинники, куда так любили ходить дачники за ягодами. Неподалеку протекала речка серебристой змейкой. Не Волга, но по местным размерам она была достаточно широкой и глубокой. Искупаться можно было просто на славу, так сказать. После прошедшего дождя река выглядела пафосной и спокойной, хотя еще вчера была агрессивно настроена против местных жителей, мешая им нормально отдохнуть, то и дело, намереваясь смыть их своим быстрым течением.
Я вышла из машины, немного поежившись и закутавшись в красный шарф, который был вовсе не шарф, а нечто среднее между шалью и шарфом ярко-красного цвета.
— Ура, да здравствуют полноценные каникулы! — сказала я сама себе, осматриваясь кругом. После шума города это место казалось тихим.
— Теперь да, — улыбнулась мама, захлопывая дверцу машины. — Ну, хоть экзамены хорошо сдала. Это главное.
