Они переместились в спальню. Виктория была слегка испугана и встревожена, но ей хотелось верить, что оно того стоит. Когда Джордж провел языком по ее груди, она распахнула глаза, наблюдая, как его язык движется по ее телу, и ахнула, когда он попытался проникнуть в нее. Джордж отстранился, обещая быть осторожным. Взгляд Виктории затуманился. Она изучала каждую черточку его лица: сияющие глаза, напрягшиеся губы и щеки, раздувающиеся ноздри; навалилась на него сверху, перехватывая контроль. Хотя такая поза вызывала болезненные ощущения, вид Джорджа в экстазе усиливал ее удовольствие, как будто от груди вниз по животу пробегал ток. Через несколько минут он вскрикнул от наслаждения и удивления. Виктория улеглась на него сверху в абсолютном блаженстве. Невероятно: впервые в жизни девушка была так близка с другим человеком. Она чувствовала, что открыла нечто новое в самой себе. Лежащий рядом Джордж переводил дух, лаская ее и извиняясь за то, что кончил первым. Виктория не знала, как ему ответить. Она посмотрела на него, потного, на простынях, и почувствовала себя раскрепощенной и всесильной. Почувствовала себя женщиной.
Виктория заметила, что обстановка в кабинете психиатра изменилась. На стенах висели новые картины: вместо пары сельских пейзажей – черно-белый снимок человеческого глаза, сделанный через искаженный объектив, а рядом – сухие листья на потрескавшемся кирпичном полу. Ей не понравились фотографии – особенно с глазом: тот словно наблюдал за ней. Ужасный выбор для места, где люди раскрывают свои самые сокровенные тайны. На столе стояла стеклянная ваза с белыми розами, придавая комнате поэтическую атмосферу.
– Подарок пациента, – пояснил доктор Макс, заметив, что Виктория смотрит на цветы.
Она никогда ничего ему не дарила. Думала, психиатрам нельзя принимать подарки. На секунду Виктории стало стыдно, что ей ни разу не пришло в голову поблагодарить доктора Макса за все, что он для нее сделал. Хотела было извиниться, но промолчала. Когда она села, ей показалось, будто кресло психиатра стоит чуть ближе обычного. Виктория со спокойным выражением лица взглянула на доктора, закинула ногу на ногу и сложила руки на коленях. Чтобы оправдаться за пропуск предыдущего сеанса, она рассказала о последних событиях – страницах из дневника, подсунутых под дверь, и решении вернуться в родительский дом двадцать лет спустя, чтобы поговорить с Райане. Доктор Макс не удивился – только слегка улыбнулся и спросил, каково ей пришлось.
– Трудно.
– Я так и думал, – снисходительно заметил он. – А еще что?
– Вообще-то мне казалось, будет гораздо хуже… В какой-то момент я думала, что не выдержу. Но когда приехала туда, то, не считая чувства страха, все выглядело совершенно другим, незнакомым. Школа, дом родителей… Совсем другой мир.
Она рассказала о смерти Игора и упомянула о намерении поговорить с Мирелой, матерью Габриэля, как только Райане даст ее контакты.
– Могу поехать с тобой, если хочешь, – предложил Макс.
Виктория потупилась в замешательстве:
– В этом нет необходимости. Со мной поедет Джордж.
– Конечно-конечно. – Доктор улыбнулся, сцепив пальцы. – Как у вас с ним дела?
Виктория как можно естественнее ответила, что они счастливы вместе, но ей было неловко признаваться в потере девственности. Слишком странно обсуждать это со своим психиатром.
– Он поддерживает меня, – сказала она уклончиво. – С учетом происходящего хорошо иметь рядом такого человека, как Джордж.
– Ты берешь на себя новые обязательства и смело смотришь в лицо прошлому. И это замечательно. Главная опасность в эмоциональных крайностях. Все или ничего. Побывав в доме родителей, ты ничего не почувствовала. А рядом с Джорджем испытываешь самые разные эмоции. Ты импульсивна. Никогда не задумывалась, почему ты так себя ведешь?
Этот вопрос сильно разозлил ее.
– Каждый человек играет определенную роль в твоей жизни, Вик, – продолжал психиатр. – Этот писатель, твой сосед, твой босс, Арроз…
– И вы тоже?
– И я. И Сантьяго, разумеется.
– Сантьяго не играет никакой роли в моей жизни.
– Он заставляет тебя действовать. Вламывается к тебе в квартиру, оставляет надпись на стене, подсовывает под дверь страницы из дневника… Как будто хочет, чтобы ты оставалась его пленницей, хочет наладить с тобой диалог.
– А если я не хочу налаживать с ним никакого диалога?
– Возможно, ты еще не понимаешь, но именно это ты и делаешь. Всеми своими поступками, – серьезно закончил доктор Макс.
Виктория пришла на работу пораньше. Кафе «Моура» было не слишком забито – короткое затишье между суматохой завтрака и толкотней обеда. Марго спросила, все ли в порядке, но Виктории не хотелось разговаривать. После сеанса с Максом она была на пределе. Впервые в жизни девушка задумалась, не поискать ли другого психиатра – или больше вообще не ходить на терапию, а просто принимать лекарства. Если доктор решил опробовать такой прямолинейный подход, пусть ищет другого подопытного кролика. Она сыта по горло.
