— Ревнуешь, что я слизывал чужую кровь, а не твою, Лолли-поп?
Судя по эмоциям, проникавшим в ауру горгоны, она немного ревновала — и немного возбуждалась. Судя по самодовольной улыбке на его лице, Синклер, похоже, это знал.
— Итак… — Вампир взглянул на меня своим кроваво-красным взглядом. — Девственный суккуб уже не такой девственный. Наполовину удивлен, что босс не продал билеты на твое лишение девственности.
Лолли швырнула свой стаканчик в Сина, который увернулся как раз вовремя, чтобы тот пролетел мимо его головы на ринг. Звук контакта с чьей-то головой, сопровождаемый проклятием «блядский ад», перекрыл музыку.
— Что? Серьезно! Вся труппа говорила об этом!
Змеи Лолли зашипели с явным недовольством, отразившимся на лице их хозяйки.
— Тебе и остальным членам труппы нужно научиться держать язык за зубами и не болтать о Мэг и ее сексуальной жизни.
— Все в порядке, Лол. Я не обижаюсь. Не могу винить всех за участие в моей сексуальной жизни, хотя половину времени это широко демонстируется на ринге. Кроме того, я суккуб. — Я пожала плечами. — Всеобщее извращенное любопытство только подпитывает меня и делает сильнее. Таким образом, я смогу быть достаточно сильной, чтобы выбить дерьмо из любого, кто перейдет черту.
Я послала Синклеру слишком милую улыбку. По его неловкому смеху он понял намек.
— Осторожно, девочка. Этот тащится от угроз, — Прошипела Лолли. Она пнула его ногой в голень, заставив встать на колени перед ней, а затем приставила каблук своего ботинка к его лбу.
Взгляд его кроваво-красных глаз опустился к ее центру и, судя по выражению лица Синклера, он полностью видел то, что было у нее под юбкой.
— О да, Папочка.
— Верно… И это мой выход.
— П-п-поговорим позже, Мэгс!
Отвернулась, но успела увидеть, как Лолли сжимает в кулаке волосы Синклера и засовывает его голову под свою юбку.
Я бросила взгляд на ринг и увидела, что близнецы опустили Мо на землю и осторожно вытаскивали крючки из его спины и крыльев один за другим. Зная, что какое-то время они будут заняты, решила отойти с большого шатра в меньшую входную палатку.
Поскольку до переезда в следующий город у нас была еще пара дней, дом с привидениями еще не снесли. Красные огни горели, но тусклее, чем обычно, а дымовые машины все еще выпускали дым, который кружился у меня под ногами, пока я шла по блуждающим тропам призрака.
Я остановилась как вкопанная, внезапная волна беспокойства нахлынула на меня. Если бы пила, обвинила бы во всем алкоголь, но я сделала только один глоток со стаканчика Лолли. Нет, это было не из-за этого. Внезапно, тошнотворно-сладкий, непреодолимый аромат похоти пронзил воздух.
Пришла мысль, что я не одна. Кто-то — несколько человек, судя по их сталкивающимся аурам — последовали за мной в дом с привидениями.
— Я знаю, что вы здесь. Черт побери, покажитесь.
Мой пульс ускорялся с каждой секундой тишины, пока я ждала, когда они покажут себя. После нескольких ударов из-за каких-то украшений вышли двое мужчин в устрашающих резиновых клоунских масках и преградили мне путь.
Я вздохнула с облегчением.
—
Между нами повисло колючее молчание, я ждала их ответа. Шутку. Колкость. Что-нибудь зловеще-соблазнительное, от чего мои трусики расплавятся. Что угодно, только не тишину.
Дурное предчувствие пронзило меня изнутри, заставив сделать шаг назад.
— Ребята? Вы начинаете меня пугать. Время игры закончилось. Я возвращаюсь на вечеринку.
Обернувшись, мое сердце резко упало, когда я обнаружила, что еще двое мужчин в масках прокрались позади меня, чтобы заблокировать выход. На одном была нелепая маска чучела с гниющими щеками и глазницами, заполненными личинками, а на другом — жуткая маска гориллы.
Мое беспокойство переросло в панику. Двое в клоунских масках были вовсе не Риффом и Раффом.
— В чем дело? — Спросил грубый голос из под маски пугала. — Думал, нашей шлюхе-суккубу нравятся демонические члены? Разве не справедливо, что теперь наша очередь?
8
Охота в доме с привидениями.?
Их было четверо. Слишком много, чтобы очаровать за раз. И у меня не было с собой меча, чтобы защититься. А музыка в большом шатре звучала так громко, что если бы я закричала, то были бы велики шансы, что меня никто не услышит.
— Прикоснетесь ко мне, и это будет последнее, что вы сделаете.
— Почему? — Насмехался он. Я не могла разглядеть ни одной черты его лица через сетку рта маски, но могла представить себе злобную ухмылку на его лице. — Думаешь, инкубам будет не плевать? Единственные, о ком они заботятся, это друг о друге. Ты просто еще одна дырка, которую можно трахать.
Моё горло пересохло от гнева.
— Вы не правы. Они подожгут вас и будут танцевать вокруг пламени. А потом мы трахнем ваш прах. Лучше молитесь, чтобы первыми добрались до вас клоуны, потому что это будет детская игра по сравнению с тем, что сделает Демон.
Они все засмеялись, а Страшила ответил:
— Но его здесь нет, не так ли?
