Джакомо ушел из кабинета, когда уже совсем стемнело, погасил волшебные светильники и закрыл за собой дверь. Весь вечер его преследовало ощущение чужого взгляда, но ни он сам, ни Паоло, ни охрана ничего не обнаружили. Чужих на территории не было, да и быть не могло. Он передернул плечами и отправился к себе. Лучана уже давно ждала его ужинать.
Брок выждал еще пару часов, проследил за тем, как погасли почти все окна в огромном доме, и начал действовать. Коптер легко поднялся в воздух, неся посылку, а Брок управлял им с чего-то похожего на привычный смартфон. Как это всё работало, он не задумывался, функционировало — и ладно. Брок легко завел коптер в кабинет, покружил над столом и сбросил послание точно в центр. Была мысль дождаться утра и увидеть реакцию собственными глазами, но он не хотел сидеть здесь всю ночь, тем более что на завтра у него намечено много важных дел.
Сеньор Неро в эту ночь спал плохо. Ощущения, которые преследовали его накануне вечером, превратились сначала в беспокойный и муторный сон, а к рассвету, когда спать уже не мог физически, он был практически уверен, что что-то произошло. Не могла его интуиция так разбушеваться на пустом месте. Он встал, прикрыл жену легким одеялом, оберегая от утренней прохлады, накинул халат и пошел на улицу. Он обошел всю территорию, проверяя целостность охранного контура, просканировал в самых подозрительных местах пространство за забором, но ничего не нашел. Солнце уже стояло довольно высоко, когда он наконец-то вернулся в дом, почти восстановив душевное спокойствие и списав вопли интуиции на магнитные бури, ретроградный Меркурий и собственный старческий маразм.
— Старею, наверное, — сказал он своему отражению в зеркале ванной комнаты.
— Дуреешь, — ответило зеркало.
— Упокою, — пригрозил он, показав своему отражению кулак.
— Пфф, только обещаешь, — фыркнуло зеркало, но благоразумно замолчало.
Джакомо пригладил темные волосы, застегнул запонки на манжетах рубашки и, накинув пиджак, отправился завтракать. Тяжелое ощущение чужого присутствия почти ушло, оставив после себя нервозность и подозрительность.
— Милый, иди быстрее, кофе стынет, — Лучана сидела в кресле на террасе, где был накрыт стол к завтраку.
— Доброе утро, bella, — Джакомо поцеловал тонкие пальцы своей жены и устроился в кресле напротив нее.
— Тебя что-то тревожит? — спросила Лучана. — Ты встал рано, да и ночью плохо спал.
— Все-то ты замечаешь, — усмехнулся Джакомо, — ничего не случилось, предчувствие неприятное мучило.
После завтрака Джакомо отправился к себе в кабинет. Он открыл дверь, вошел, скинул пиджак и повернулся к столу.
— Паоло! — позвал он своего помощника.
— Да, сеньор, — Паоло тут же появился в дверях и замер. На столе, где никогда не оставалось на ночь ничего, стояла бутылка Macallan 1926 и лежала записка:
«Следующий раз, встречая гостей, предложите им виски».
И подпись: «Оставшийся разочарованным вашим гостеприимством Брок Сириус Блэк».
— Я желаю знать, как он прошел на территорию незамеченным, — голос разозленного некроманта стегал по нервам не хуже плети.
— Да, сеньор, — склонил голову Паоло.
— Вызови ко мне тех, кто охранял поместье ночью.
— Да, сеньор, — ответил Паоло и скрылся за дверью.
Джакомо сел за стол и взял бутылку в руки, рассматривая ее.
— Сукин сын, — зло выдохнул он, — но с отличным вкусом.
Отставив бутылку в сторону, Джакомо взял записку и перевернул ее. На оборотной стороне было написано: «Настоящий Неро должен быть готов в любой момент к любой неожиданности. Надеюсь, вы не в обиде».
— Сукин сын, — со смехом произнес Джакомо, и напряженный узел в груди растаял.
Бог с ним, с тем, что этот невыносимый наглец каким-то образом проник на территорию, не потревожив охранный контур. Адреналин, подаренный этим демаршем, стоил в жизни слишком много повидавшего некроманта гораздо дороже. С таким родственником интерес к жизни будет постоянно подпитываться. Теперь у Джакомо возник другой вопрос: как и чем ответить Блэку? Нельзя же спустить ситуацию на тормозах.
***17***
Гарри был, наверное, теперь самым счастливым мальчишкой в мире. И пусть родителей у него не было… Если быть честным, то он по ним и не скучал. Как можно скучать по тем, кого совершенно не помнишь и не знаешь? Ему было жаль их, иногда обидно за себя, что рос сиротой, но он не скучал. Зато у него был самый лучший крестный в мире! Хотя тут опять затык. Нет, Брок был офигенным крестным, и Гарри был благодарен ему за то, что он взял его к себе, что не бросил, что защитил и помог, но настоящим крестным у него должен был быть совсем другой человек. Хотя тут снова затык. Потому что по оговоркам самого крестного и портретов Брок и Сириус — один и тот же человек. Гарри тряхнул ногой, чтобы почувствовать цепочку на щиколотке, она давала ему ощущение спокойствия и уверенности, что никто не узнает его тайны.
— Меня к тебе пропускать не хотели! Здаров, — Майк ввалился в комнату Гарри и протянул руку для приветствия, которую Поттер энергично потряс, улыбаясь своему новому другу.