Граф де Конмор, по прозвищу Синяя Борода, в очередной раз овдовел и снова решил жениться, а в поисках невесты приехал в наш город. Кто же станет той счастливицей (или той несчастной), которую он выберет? Ведь сам король дал графу карт-бланш на выбор будущей жены, и отказаться от брака совершенно невозможно…
Последний месяц уходящего года порадовал первым снегом. Легкие, как сахарная пудра, снежинки кружились над Ренном, укрывая белоснежной пеленой мостовые, крыши домов и экипажей, войлочные шапки извозчиков и плечи первых прохожих.
Я была одной из первых этим утром, и по-детски радовалась, что оставляю на нетронутом снежном покрове первую строчку следов. Только начало светать, и жемчужно-серое небо окрасилось на востоке розовым. Морозный воздух приятно бодрил, пощипывая за бока, потому что моя накидка была зимней накидкой лишь снаружи, а подкладка на ней была не меховая, а тканевая, только знать об этом никому кроме меня не полагалось.
Свернув на главную улицу, я остановилась перед застеклённой лавкой, украшенной гирляндами из еловых веток и веток падуба, которые я повесила вчера. Задрав голову, я полюбовалась на свою работу. Темная зелень листьев и хвои, и алые ягоды создавали праздничное настроение. И пусть вчера я совсем перестала чувствовать от холода пальцы, сегодня это казалось совсем не важным. Важно, что лавка сладостей господина Джорджино Маффино стала самой красивой на торговой улице.
Я толкнула двери лавки, тонко прозвенел колокольчик, и тысячи умопомрачительных ароматов окружили меня волшебным облаком – ваниль, корица, апельсин, душистый перец и мята. Всё то, что мы добавляли в конфеты, пирожные, торты и кремы. Конечно, король не посылал заказов в наш провинциальный магазинчик, но аристократы на сто миль вокруг покупали сладости постоянно.
– Доброе утро, господин Джордж! – поприветствовала я хозяина лавки – пухлого, как бриошь, низкорослого и деловитого уроженца Бретани, который усиленно выдавал себя за южанина.
– Доброе, Бланш! Если оно и вправду доброе! – проворчал торговец и тут же спохватился: – Не называй меня Джорджем! Сколько раз тебе повторять?
– Прошу прощения, синьор Джорджино Маффино! – засмеялась я, снимая накидку, повязывая белоснежный фартук в оборках и ополаскивая руки под навесным умывальником.
Помедлив, торговец рассмеялся вслед за мной:
– Зубной боли тебе под новый год, насмешница! Все время ты надо мной подшучиваешь. Но вот засмеялась – и я всё тебе простил. Почему бы это?
– Потому что вы меня любите, – ответила я, умильно улыбаясь и хлопая ресницами.
Он опять засмеялся и погрозил мне пальцем, а потом указал на корыто, в котором пузырилось и тяжело дышало сдобное тесто. Вооружившись деревянной лопаткой, я подбила тесто, а потом занялась приготовлением марципановой массы. Сейчас еще раннее утро, но скоро горожане проснутся, лавка гостеприимно распахнет двери, и по улице поплывет божественный аромат свежей выпечки и духовитого рома, который добавляется в сладкие ореховые конфеты.
В лавке были ещё две помощницы, но так получилось, что перед самым новым годом одна задумала выходить замуж, а вторая умудрилась заболеть крапивницей, и теперь лежала в городском лазарете, вздыхая об упущенной предпраздничной выручке.
Конечно, господин Маффино надбавил мне заработок в полтора раза, но зато и работать приходилось в четыре раза больше. Сам хозяин тоже трудился не покладая рук, а судя по первым зимним заказам, отдыхать нам точно не придётся.
Я просмотрела записки присланные леди Сюррен, леди Пьюбери, леди Эмильтон и прочими важными особами, решившими променять великолепие праздничной столицы на наш тихий городок, и громко объявила заказ на сегодня:
– Два марципановых торта, булочки с ванильным кремом, рассыпчатые вафли, шоколадные конфеты – горькие и со сливками, ещё два бисквитных торта. Леди Сюррен пишет, что пока не определилась с десертом на новогоднее торжество… Как вы думаете, она опять заставит нас готовить пудинг за сутки?
– Даже если её милость изволит захотеть такую глупость, – ответил Маффино, рассыпая по коробочкам засахаренные орешки и не забыв оглянуться на дверь – не подслушал ли кто-нибудь неуважительных речей о знатной даме, – мы окажемся хитрее. Я уже сделал заготовку для пудингового теста. Даже если её милость захочет пудинг за час до торжества, мы успеем его приготовить.
– Всё-то вы предусмотрели, – похвалила я его, добавляя в ореховую пасту сахар, смолотый в легкую пыль – почти такую же, какая сыпала сегодня с небес.
– Но что-то мне подсказывает, что она затребует марципановый торт, – продолжал хозяин. – Слишком восторженно она хвалила твоё последнее творение. Готовься – ведь придётся выдумывать что-то новое. Барашков ты уже лепила, котят и ангелочков – тоже. На стол её милости потребуется нечто необычное.
– А я уже придумала, – успокоила я его. – Это будет огромная ваза из марципана, полная марципановых фруктов – яблоки, груши, виноград…
– Виноград? – переспросил Маффино. – Как ты это сделаешь?
– Слеплю ягоды отдельно и нанижу на настоящую виноградную ветку. Если её сначала хорошенько высушить, а потом смазать яичным белком и обвалять в корице – получится очень ароматно и празднично.
