Енох вышел из кабинки в черных кроссовках на толстой подошве, пижамного типа штанах с пылающими черепами на коленках и футболке с надписью во всю грудь: «Нормальные меня пугают».
Эмма скептически покачала головой.
– Это последний раз, когда ты сам выбирал себе одежду.
Времени переодеваться еще раз у нас не было, так что мы вышли из магазина… кажется, привлекая к себе едва ли не больше внимания, чем когда входили. Когда я катил тележку через автоматические двери, пронзительно завизжала сигнализация.
– Что это такое? – вскричала перепуганная Эмма.
– Возможно, мы… гм… не за все заплатили, – пояснил голос Милларда.
– Что? Как? – не понял я.
Два парня в синих жилетах быстрым шагом направлялись к нам.
– Нелегко избавиться от старых привычек, – сказал Миллард. – Ладно, бежим!
Он выхватил у меня тележку и помчался с ней к машине. Теперь уже человек сто могли любоваться магазинной тележкой, самостоятельно катившейся по тротуару и преследуемой компанией странно одетых подростков и двумя сотрудниками службы безопасности.
Мы попрыгали в машину вместе с пакетами. Я воткнул ключ в зажигание, повернул, и автомобиль завелся, рявкнув так, что я едва не подскочил. Я выжал газ и ринулся между рядов машин прямо на двух секьюрити, которые как по команде прыгнули в разные стороны, не дожидаясь, пока их переедут.
– Миллард, если хочешь нарушить закон, делай это элегантно, – сказала Эмма. – Ты ведь даже не пытаешься!
– Я помнил о камерах, – покаянно возразил тот. – Но про сигнализацию мне никто не сказал!
Промчавшись несколько миль по федеральному шоссе (и постоянно проверяя, не появились ли в зеркале заднего вида полицейские мигалки), я наконец убедился, что за нами никто не гонится. Через некоторое время мы свернули на небольшую дорогу и начали петлять, направляясь в глубь Флориды. На картонке из забегаловки след от стакана Эйча окружил область в самой середине штата. Там проходила только одна серьезная дорога – та, по которой мы сейчас ехали. Там и находилась Русалочья страна чудес. Я не был уверен, что там-то нас и поджидает Месть Огня, но раз уж в этой части карты ничего другого отмечено не было, начинать все равно придется оттуда.
– Так, минуточку, – подала голос Бронвин с заднего сиденья. – Мы сейчас удаляемся от океана. С какой стати русалка будет жить в болоте?
– Это не настоящая русалка, – объяснил я. – просто старая глупая достопримечательность для туристов.
– Очень может быть, – возразил Миллард, – но Русалочья страна чудес упоминается и в «Странной планете».
Он показал мне справочник и прочитал вслух:
– «Новейший аттракцион для странных с чудесным водным шоу. Петля с удобным гостевым размещением поблизости. Привозите детей!»
– Это еще не значит, что русалки странные, – сказала Эмма. – Просто в городе есть петля.
– Или была, – заметил Миллард. – Этому путеводителю семьдесят лет, не забывайте. К содержащейся в нем информации следует относиться с величайшим скептицизмом.
Мы ехали вперед. Солнце неторопливо садилось; дорога сузилась с двух полос до одной в каждом направлении. Казалось, что мы вообще не во Флориде. Вдали от богатого побережья не было ни сетевых магазинов, ни блестящих новеньких домов. С обеих сторон к дороге подбирался лес, а там, где он расступался, торчали знаки, рекламировавшие клубничные поля «собери-сам», бесплатный навоз и освобождение под залог.
На смену одинаковым, растянувшимися на целые мили пригородам пришли мелкие городишки, сгрудившиеся вокруг перекрестков. В городках побольше имелись фастфуд-забегаловки на окраинах и несколько вымерших кварталов вдоль главной улицы: почтенный старый банк, заколоченный кинотеатр, приходская церковь. И в каждом из них мы застревали на регулируемом перекрестке на красный, и вынуждены были ждать, пока старики на скамейках и изнывающие от безделья прохожие пялились на нас, словно ничего интереснее отродясь не видели. Мы уже стали бояться этих перекрестков. На третьем или четвертом молодой парень со стрижкой будто из восьмидесятых и открытой банкой пива прокричал нам:
– Хеллоуин только через месяц! – и с хохотом удалился.
Еще через несколько миль мы миновали линялый билборд с рекламой Русалочьей страны чудес, а еще через несколько прибыли на место. Это было вытоптанное поле, несколько жалких палаток и кучка домиков из шлакоблоков вдалеке – не то офисы, не то жилье обслуживающего персонала. Ворота оказались заперты, так что я припарковался на обочине, и мы вошли пешком.
Мы пошли через поле к шатрам. Кругом, кажется, не было ни души… но вскоре из-за ближайшего тента послышались ругань и ворчание.
– Эй! Привет! – я повел нашу команду на звук.
За шатрами мы увидели двух субъектов в клоунском гриме. Один – вернее, одна – с копной белых кудряшек, щеголяла в костюме русалки. Другой неуклюже тащил ее куда-то, пятясь вперед спиной и подхватив свою ношу под мышки, так как ноги русалки были внутри костюма и пользоваться ими она не могла.
– Вы что, читать не умеете? – свирепо спросила морская дева. – Мы закрыты!
Второй ни слова не сказал и даже не посмотрел на нас.
