— Нет, — уверенно ответил я, немного подумав. — Мне эти знания нужны для того, чтобы освоиться со своим состоянием и в целом в этом мире. И я не знаю, что там написано. Но скажу, что ты самый нормальный призыватель из тех, что я знаю, поэтому мы сможем оба стать сильнее, если будем идти вместе.
Во время этой речи, меня дважды пробило болью. Она была такой сильной, что в глазах темнело, а горло перехватывало. Но я успевал среагировать и делал в эти моменты паузы в предложениях, а лицо заранее повернул в сторону, будто в задумчивости. Не уверен, на что именно среагировал контроллер, но ясно отдавал себе отчет, что мои слова были правдивы только с одной стороны. С другой я очень хотел освободиться и вернуться назад, даже ценой жизни или здоровья Аландора. Но я не видел реальных возможностей для этого, поэтому осознание собственных намерений висело где-то на фоне, не формируясь в конкретные планы и не вызывая интерес контроллера.
— Точно не планировал? — уточнил пацан.
— Да, — посмотрел ему в глаза, твердо уверенный в своих словах.
За свою жизнь я привык облекать мысли в фразы предельно четко, оставляя пространные рассуждения или гадания другим. Эта привычка сейчас буквально спасла, ведь я и правда не планировал ему вредить, когда узнал о книгах. И сейчас не планирую. Но подробно излагать собственные мысли об этой ситуации Аландор не требовал, а контроллер внутри согласился, что я ответил именно на тот вопрос, который задали. Растекаться рассуждениями и высказывать возможность нанесения вреда на основе открытой из книг информации было сейчас лишним и противоречило моему пониманию коммуникации между людьми.
Парень подуспокоился, а через короткое время вновь принял беззаботный вид, к которому я привык.
— Да Синдор, гад. Он каждый месяц несколько раз тратил по часу, нудя, что смотреть эти книги никто не может, написанное в них является тайной. Если кто-то их прочитает, то будет знать, как меня убить, — он помолчал, вспоминая. — Как-будто и так призывателя нельзя убить, если его карта не защищает. А еще он говорил, что одушевленным существам не дают их, на всякий случай.
— Да ты уже убедился, какой он опытный и знающий наставник, — иронично подхватил я. — Особенно в теории чужих карт.
Аландор уловил юмор фразы об отсутствии активатора у старика и хихикнул.
— А в самих книгах написано, чтобы их не читали одушевленные? — спросил я.
— Да нет, конечно. Это бред старого идиота, — отмахнулся пацан, звякнув колокольчиком, и вспомнил, зачем мы здесь появились: — Давай дальше карты вызывать, у тебя время заканчивается.
— Хорошо. Только не пауков, а то надоели, — я развернулся к центру импровизированной арены, ожидая появления новых существ.
Следующими он вызвал гоблинов. Зеленые коротышки ничего не смогли мне сделать одной двойкой, хотя пытались. Они грамотно работали командой, атакуя одновременно, заходя с разных углов и при этом целясь в противоположные по высоте уровни. Еще они свободно себя чувствовали на этих камнях и неровностях, им бы в помещении или в лесу цены б не было, с равным противником. Но мое физическое превосходство сводило на нет все тактические изыски парочки.
Высокий параметр скорости позволил перехватывать или отбивать дротики, а маленькая сила гоблинов не давала нанести критическое ранение даже при удачном попадании. В прошлый раз я стоял неподвижно, поэтому они смогли пробить мою шкуру, но сейчас я постоянно двигался и удары проходили по касательной, если достигали тела, конечно. Я немного побегал с ними по траве и обломкам породы, после чего поймал на противоходе одного коротышку, снеся ему голову. Ну почти снеся, от бокового удара ногой шея оказалась мгновенно сломана, а тело совершило переворот в воздухе. На остатки черепа смотреть было противно, и я пытался не думать о субстанциях, забрызгавших голень. Специально добавил жестокости и крови, чтобы подогреть интерес пацана. До тех пор, пока ему нравятся мои действия, я могу влиять на его суждения.
Впрочем, все следы крови и внутренностей пропали, когда побежденный враг испарился. Интересный момент, пауки долго оставались в этом мире даже после фатальных повреждений. Живучие твари.
Второго гоблина я просто поймал за шкирку, как зверька, пробил кулаком в живот, чтобы успокоить и испытал коронный шлепок ладонью. Получилось, неплохо. Кривовато направил импульс, и он прошел внутрь не сфокусированным потоком, а расширяющейся волной, из-за чего быстро потерял в убойности. Но зеленому этого хватило, и он распался огоньками.
