Вечером, после заката солнца, Али, Сабир и Юнус вновь собрались в комнате замка и обсуждали план действий для организации экспедиции. Али сказал, что рассчитывает на поддержку халифа Насра, особенно после победы в Альмуньекаре, однако он до сих пор не может понять, почему халиф согласился на выплату кастильцам налога за перемирие. Он также предложил поговорить с бывшим халифом Мухаммадом, так как после отставки тот приобрёл много положительных качеств и, скорее всего, сможет им помочь, если получит соответствующие полномочия. Если же в Гранаде халиф откажет им в финансировании экспедиции, им придётся отправиться в Марокко и просить поддержки у правящей династии Маринидов. Али уже получил приказ отправить войско в Гранаду. Было решено, что Юнус и Али постараются договориться с халифом Насром, а если он не согласится финансировать экспедицию, то вернутся в Альмуньекар и вместе с командой «Хайбара» отправятся в Марокко. Сабир вместе со своей командой отправится к сельчанам, хранящим пороховое оружие, и будут ждать вестей из Гранады.
Утром все жители вновь находились на улицах города, чтобы проводить гранадских солдат, спасших их дома и имущество от разорения крестоносцев. Али вновь был в центре внимания и принимал благодарности от старейшин города, недавно прибывших из Гранады. Столы на площади вновь были накрыты, но на сей раз не для праздничного обеда, а для совместного завтрака и проводов солдат. За время сражения и дальнейшего пребывания в Альмуньекаре солдаты двух городов настолько сблизились, что почти что плакали, словно расставались с родными братьями. Юнус также привык к местным жителям, но мысль о встрече с Аминой настолько его окрыляла, что его настроение было ещё более радостным, чем во время вчерашней праздничной трапезы. Али приказал Сабиру с командой отправиться как раз в то время, когда все горожане стали садиться за столы, дабы никто не проследил их маршрут к сельчанам. Юнус едва успел с ними попрощаться и во время этого прощания получил от Сабира немыслимый подарок. Он сидел за столом и глядел на свою правую руку, мизинец которой украшал перстень с красным рубином, принадлежащий ранее великому берберскому полководцу, хаджибу аль-Мансуру. Сабир был его потомком и от своего отца получил этот перстень. Юнус с детства слышал о подвигах этого великого мусульманского воина, который не проиграл ни единого сражения, вплоть до преклонного возраста возглавлял военные походы и являлся ужасом для тиранов, а также надеждой для угнетённых. В простом народе имя его чтили как мусульмане, так и христиане с иудеями, потому что своими военными походами и тех и других он спасал от узурпации и тирании европейских королей. При его жизни эти короли и мечтать не могли, что когда-либо вновь завладеют Кордовой. Вручая этот перстень, Сабир сказал, что для него будет честью, если Юнус станет его носить и помнить о подвигах этого великого полководца. Юнус возразил, что тот отдаёт ему свою семейную реликвию, но Сабир сказал, что ещё за океаном принял решение подарить Юнусу этот перстень, если когда-либо ему удастся с ним встретиться.
Когда войско двинулось в путь, горожане Альмуньекара выстроились в два ряда вдоль их колонны и каждому воину, проходящему мимо них, желали благополучия. Юнус ехал верхом около пехотинцев из медресе, чтобы в пути вновь общаться с Хасаном и Хусейном. Те уже успели построить новые крылья, которые находились в повозке с провизией, и планировали испытать их в Гранаде. На сей раз их разговор внимательно слушали все остальные солдаты, так как Хасан с Хусейном у всех воинов стали пользоваться огромным авторитетом. Даже Али время от времени присоединялся к ним, чтобы послушать разговоры о небесных полётах. Юнусу нравилось умеренное тепло ранней осени, по сравнению с той летней жарой, когда они отправлялись в Альмуньекар. Настроение у солдат было весёлым, радостным и счастливым, и казалось, в Гранаду возвращаются совсем другие люди, а не те, которые ехали два месяца назад по той же дороге. Чем ближе они приближались к столице, тем больше возрастало позитивное настроение воинов. Два ночлега прошли в весёлой атмосфере, где возле каждого костра рассказы необычных историй сопровождались радостным смехом. После утренней молитвы войско двигалось значительно быстрее, так как горный хребет Гранады уже был виден и всем хотелось поскорей добраться до города.
* * *
