В тот вечер Картер попивал охлажденный чай и смотрел на развешанные по стенам фотографии с гастролей, открытки, афиши и газетные вырезки. На глаза попался патент на «Фантомную пушку», которую сейчас по лицензии использовали другие фокусники. Хотя прошло уже девять лет, он, словно обжегшись, немедленно отвел взгляд.
Картер, Ледок и Джеймс (который явно чувствовал себя не в своей тарелке) стояли в комнате, полностью отведенной под игрушечную железную дорогу. Полдюжины поездов могли одновременно проезжать через крохотные альпийские деревушки и промышленные города с настоящими дымящими фабриками.
– Президент спросил, что бы я сделал, если бы знал тайну. Я ответил, что, как фокусник, клялся не разглашать секреты, но он не слушал. Он хотел что-то
Ледок сощурился.
– Почему он всё время задавал этот вопрос?
– Вот и я спросил Чарли о том же, – пробормотал Джеймс, разглядывая серебристый спальный вагон, в котором Ледок поселил раскрашенных вручную деревянных пассажиров.
– Он был в отчаянии. Считал, что кого-то убьют.
– И после этого умер, – добавил Джеймс.
– Что его мучило, Чарли? Он тебе сказал? – Ледок взял у Джеймса вагончик и поставил на рельсы.
– Он перечислил множество скандалов: что-то на почте, и насчет нефтяных лицензий, и всё такое – я довольно скоро перестал слушать. Он был славный человек, но я чувствовал себя так, словно меня в баре держит за пуговицу пьяный. На мой взгляд, всё это было одно и то же: кто-то ворует у государства, кто-то наживается на секретных сведениях – обычное дело. Да и его это не сильно волновало – что с людей взять? – кроме одной истории. Некий ученый принес в Белый дом свое изобретение – ну, знаете, на одну из тех воскресных встреч с населением, которые Гардинг так любил устраивать.
Ледок разочарованно хмыкнул.
– И все? Очередной сумасшедший ученый.
– Нет… замечательный ученый. Гардинг сказал, он был замечательный.
– Замечательный сумасшедший ученый.
– Вот и я так думаю, – вставил Джеймс. – Бедный Гардингбыл не семи пядей во лбу. Сделал что-нибудь новенькое, Ледок?
– Видел зеркальный туннель?
Джеймс мотнул головой, и Ледок включил трансформатор.
– Направь поезд вот сюда. – Он ткнул в мост между двумя снежными пиками на высоте примерно восемь футов от пола. Джеймс взялся за рычаги. Картер смотрел, как поезд выехал из депо и направился в горы. В том, что Ледок занялся железной дорогой, не было ничего обидного – он лучше сосредоточивался, если смотрел на что-то другое.
Немного последив за поездом, Картер продолжил:
– Гардинг пошел к своим друзьям, рассказал про изобретение и про замечательного ученого, который ищет инвесторов. Вот тут начался скандал.
– Я слышал про такое, – проговорил Ледок, по-прежнему глядя на поезд. – Они решили купить патент и положить его под сукно?
– Это был бы обычный скандал, – отвечал Картер. – Гардинг сказал, что они решили украсть идею и убить изобретателя.
Ледок сощурился.
– Убить изобретателя? – Он нахмурил лоб. – Что ты хочешь этим сказать?
– Что они решили убить изобретателя.
Ледок снял очки и вытер их об рубашку.
– Убить? Правительственные чиновники? Не может быть. Джеймс спросил:
– Ты считаешь, что его тоже убили?
Картер смотрел на поезд.
– Насколько мне известно, он отравился испорченной рыбой. Но вы когда-нибудь смотрели его жене в глаза?
Ледок снова снял очки и еще раз протер их краем рубашки.
– Degoutant.[36] Вот почему я голосовал за Кокса.
– Гардинг сказал, изобретение настолько хитрое, что похоже на фокус, и попросил меня выслушать, в чем оно состоит. Я выслушал. Насколько я понял, идея еще очень сырая, но в ней заключены большие возможности. Приложив чуточку воображения, мы могли бы усовершенствовать ее и воплотить на сцене, если получим эксклюзивные права. Что думаете?
Ледок сказал:
– Трудно сказать, не видя…
– Вот. – Картер протянул ему сигарный футляр.
Ледок уставился на футляр, потом на Картера.
– Почему ты не дашь старику спокойно поиграть в паровозики? Ох-хо-хо. – Он взял у Картера футляр и вытряхнул скользкие папиросные листки. Джеймс переключал стрелки, поезд ехал по альпийским лугам, где крохотные молочницы доили деревянных коров.
– Где лупа? – Ледок шагнул к верстаку.
– Где всегда, – заметил Картер.
– Знаю. – Лупа была закреплена на шарнире; когда Ледок потянул за нее, зажглась лампа. – И что же тут за крамола? – Первая страница была написана от руки. Ледок прочел вслух: – «Глубокоуважаемый господин президент. Как мы обсудили, меня зовут Фило Фарнсуорт. Я изобрел устройство»… ля-ля-ля. Все что-нибудь да изобрели. – Он сощурился на следующую страницу, перевернул ее вверх ногами, потом обратно. Это была схема, исписанная уравнениями. Остальные страницы тоже занимали чертежи и цифры: устройство в собранном виде, устройство в работе. Ледок медленно перебирал листки, на его лице проступала сосредоточенность.
Картер сказал:
– Больше нигде оно не записано.
