Англия, 1909 год. Леди Хардкасл и ее верная горничная Флоренс Армстронг известны как успешные детективы-любители, но у леди есть еще одна страсть – «живые картины», то есть кинематограф и анимация. Поэтому приезд кинематографистов с фильмом «Ведьмина погибель» для нее – шанс показать публике свои произведения. Однако сеанс и пирушка по этому случаю закончились жутчайшим образом. Наутро актера Бэзила Ньюхауса нашли с проколотым сердцем, а рядом с ним – куклу, его точную копию, чье сердце тоже было пронзено. Точно так же ведьма в фильме убила его персонажа. В который раз невинное желание развлечься обернулось для неугомонного дуэта леди и горничной смертельно запутанной историей…
© Петухов А.С., перевод на русский язык, 2020
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020
– Просто держи крепче и старайся, чтобы рука не попала в кадр – В голосе леди Хардкасл слышалось едва заметное раздражение.
В то утро меня вызвали в студию в восемь часов утра. Сейчас была уже половина двенадцатого, и мы успели слегка надоесть друг другу.
– А может быть, мы прервемся, миледи, – предложила я. – Я попрошу мисс Джонс приготовить нам кофе. Кажется, печенье у нее тоже на подходе…
– Еще один кадр, – ответила хозяйка и нажала на затвор камеры. – Вот так. Кажется, все готово. Теперь осталось сделать карточки с титрами, и «Мышь полевая и мышь городская» будут готовы предстать перед широкой публикой. Или, по крайней мере, перед селянами. Не уверена, что это сможет заинтересовать еще кого-то. А Герти уверяет меня, что вся деревня гудит – она так и сказала «гудит», только представь себе – от разговоров о «живых картинках леди Хардкасл».
– Дейзи тоже ни о чем больше не говорит, – вставила я. – Я была в «Псе и утке» вчера во время ланча, пока вы занимались всем этим здесь, и она как раз вещала за стойкой: «Леди Хардкасл – просто гений, что может заставить все эти картинки двигаться, и все такое…» Гений, вы только подумайте. А ведь она вас хорошо знает. Эти ваши творческие упражнения, вполне возможно, спасут вашу шаткую репутацию.
– Возможно, – рассеянно согласилась моя хозяйка, продолжая возиться с камерой. – Ты, кажется, говорила что-то о кофе?
– И о печенье. Сейчас загляну на кухню и посмотрю, что там можно найти.
Я вышла из оранжереи и пересекла небольшое расстояние, отделявшее ее от задней двери, ведущей в дом. Он был построен всего несколько лет назад в современном стиле – красный кирпич и выкрашенные белой краской переплеты окон. Единственной уступкой предыдущей моде была оранжерея. Леди Хардкасл арендовала дом у своего старого друга Джаспера Лакстона. Тот построил его, собираясь перебраться в него после того, как вернется с семьей из Индии. Но обстоятельства задержали их на этом великолепном субконтиненте дольше, чем он планировал, и Джаспер с удовольствием сдал вновь построенный дом в аренду своей надежной подруге. У меня создалось впечатление, что мистер Лакстон планировал привезти из Индии различные экзотические растения и именно поэтому построил оранжерею. Когда мы переехали в дом, миледи мгновенно превратила ее в съемочный павильон. Конечно, это вовсе не то, на что рассчитывал мистер Лакстон, но освещение в ней действительно было превосходным.
На улице я провела всего несколько мгновений, но в воздухе уже ощущалось наступление осени, и я была рада оказаться в помещении после уличной прохлады.
Мисс Джонс, наша молодая кухарка, трудилась на кухне. Было похоже на то, что к воскресному обеду она готовит баранину на ребрышках. Леди Хардкасл наняла ее в первые же дни после нашего переезда в Литтлтон-Коттерелл. Мисс Джонс была очень молода для поварихи – настолько молода, что ни одна из нас не могла назвать ее «миссис» Джонс, как того требовала традиция. Язык не поворачивался произнести такое. Но, несмотря на молодость и отсутствие опыта, ее способности к готовке нас приятно удивили. Сама я на кухне чувствую себя дура дурой, а по сравнению с Блодвен Джонс выгляжу просто настоящей растяпой.
– О, здравствуйте, мисс Армстронг, – произнесла девушка, когда я подошла к плите, чтобы согреть руки. – Эдна о вас спрашивала. Кажется, это касается новой скатерти, которая, как она считает, нужна нам в столовой. А еще у нее кончился пчелиный воск. И метелка для пыли износилась. Сегодня у нее все не так. Честно говоря, я подумала, что вам повезло, что вы с ней сегодня не пересекались.
– Наверное, надо пойти и поговорить с ней, – сказала я, подавляя вздох. – Прошу вас, приготовьте кофейник, пока я буду с ней общаться. Леди Хардкасл будет пить кофе в малой гостиной.
– Ну конечно, – улыбнулась девушка. – А еще я сегодня утром приготовила песочное печенье, на случай если ей захочется.
– Вы просто читаете мои мысли, – ответила я и отправилась на поиски горничной.
– Ну, и как сегодня наше королевство, Эдна? – спросила я, найдя ее в одной из спален.
– Бывало и лучше, мисс Армстронг, – устало ответила она.
– Боже! – воскликнула я. – Что случилось?
– Кажется, все разваливается прямо на глазах. У меня закончилась полироль, да и эта метелка знавала лучшие времена. – С этими словами она продемонстрировала мне несколько жалких страусовых перьев, неизвестно как державшихся на сломанной ручке. – И скатерть на столе не хочет ложиться, как надо… Просто ну ничего не действует, как должно. А уж о том, сколько раз я сегодня теряла разные вещи, лучше и не говорить…
– Это наверняка чей-то призрак. Для них как раз сейчас самый сезон.
