– Может быть, вы и правы, – согласилась девушка. – Хотя если вы решите оставить меня здесь и после того, как уедут гости, я, скорее всего, не откажусь.
– Понятно. Что ж, и об этом я тоже расскажу леди Хардкасл.
– А вы сами, милочка? – поинтересовалась Эдна. – Как вы с хозяйкой справляетесь? Удалось ли раскрыть все эти ужасы?
– К сожалению, нет, – ответила я. – Как всегда, у нас масса подозреваемых, но никаких доказательств. Мы надеялись на то, что нам помогут результаты вскрытия, но его постоянно откладывают.
– Неужели что-то можно определить по мертвому телу? – удивилась Эдна.
– Обычно так определяют причину смерти, – объяснила я. – Иногда становится яснее, когда именно умер человек и что происходило с ним перед смертью и сразу после.
– После? – переспросила горничная. – А кому это интересно?
– Например, можно узнать, двигали ли тело после смерти. Кровоподтеки получаются совсем другими.
– Ничего себе… Подумать только! А ты знала об этом, мисс Джонс? Просто фантастика.
Казалось, мисс Джонс слегка занервничала.
– Все возможно, – сказала она с тревогой. – Но ведь все знают, что действительно произошло. Мистера Ньюхауса ударили ножом прямо в сердце, а мисс Селвуд отравили яблоком… И вовсе ни к чему кромсать их тела, чтобы это выяснить.
Я решила не вдаваться в объяснения относительно того, что вскрытие позволит выяснить, когда именно ударили ножом мистера Ньюхауса и было ли это причиной его смерти или его убило что-то другое. Рану на груди вполне могли нанести после смерти, чтобы сбить нас с толку.
То же относится и к Юфимии. Что это был за яд? Действительно ли он был в яблоке? Подкладывать отравленное яблоко к другим, где его мог съесть кто угодно, – далеко не лучший способ убийства. Если только смерть именно от яблока не входила в планы убийцы мистера Ньюхауса – а в этом случае обе смерти в точности соответствовали смерти их героев в фильме, – то она вполне могла быть трагическим совпадением. Но даже если все было продумано заранее, без вскрытия мы не могли узнать, где и как актриса была отравлена. Яблоко ведь могло появиться и позже, а вся мизансцена – как и в случае с мистером Ньюхаусом – могла быть придумана для достижения максимального эффекта. Мы знаем, что задняя дверь была открыта всю ночь, так что эта смертельная сцена могла быть поставлена кем угодно.
– А кто-нибудь из вас покупал яблоки? – спросила я.
– Нет, – ответила мисс Джонс. – Мы же с вами решили, что в этом нет смысла, потому что их никто не ест.
– Я помню.
– Я тоже не покупала, – сказала Эдна. – Я не могу их есть из-за мякоти и кислого вкуса. Что-то с ними не так.
– М-м-м-м, – промычала я. – Прошу прощения, дамы, но мне надо поговорить с леди Хардкасл.
– Но все в порядке? – уточнила Эдна.
– Все отлично, спасибо. Я не забуду обсудить с ней то, о чем мы с вами сегодня говорили.
Я оставила их заниматься своей работой и вернулась в столовую, плотно прикрыв за собой дверь.
– Что случилось, дорогая? – спросила миледи, когда я уселась напротив нее.
– Случилось? – переспросила я.
– Ты закрыла дверь. А это признак того, что что-то случилось.
– Или того, что у нас в доме сквозняки.
– Да, в комнате немного прохладно, но я не думаю, что это из-за сквозняка. Что-то мучает мою маленькую женщину с могучим умом… Расскажи же все Эмили. Облегчи сердце.
– Сердце или мозг? – уточнила я.
– Судя по всему, это столь важно, что занимает и то и другое.
– В общем-то, ничего особенного, – начала я. – Я просто подумала о яблоке, вот и все.
– И что ты о нем подумала?
– Знаете, мы не можем исключать вероятность того, что Юфимию убило именно яблоко…
– И вновь гении мыслят одинаково… Как раз перед твоим приходом мне в голову пришла эта же мысль.
– А есть ли среди наиболее распространенных ядов те, что действуют мгновенно?
– Боюсь, что нет. В больших дозах достаточно быстро действует цианид – минута или около того. Хотя в большинстве случаев ему надо минут двадцать, чтобы подействовать. И если б доза была действительно большая, то мы почувствовали бы запах миндаля.
– А другие?
– Мы с тобой уже выяснили, что всем им надо какое-то время.
– Значит, если ее отравили, то это вполне могло случиться в пабе? – предположила я.
– Вполне.
– Я поговорю с Дейзи. Может быть, она что-то видела?
– Неплохая мысль, – согласилась миледи. – Она девушка легкомысленная, но наблюдательная.
– Это точно.
– Ну, а если спуститься с неба на землю – как там дела у наших невольников?
– И у мисс Джонс, и у Эдны все в порядке, и прекратите называть их невольниками.
– Конечно, милая. Как скажешь. Я разрешаю тебе сходить в паб и поговорить с подружкой.
Я повернулась, чтобы уйти, но на мгновение заколебалась. Леди Хардкасл заметила это.
– Что-то не так, дорогая? – спросила она.
– Не то чтобы «не так», – сказала я, – но неужели вас совсем не беспокоит эта история с Гюнтером Эрлихманом?
