– Когда вы напишете свою книгу? Я готова быть вашим пиар-агентом – совершенно бесплатно, вы согласны?
Вспомнив о том, что за истекшие дни она ни строчки не написала, Варвара Сергеевна сконфузилась:
– Погоди ты, агентом… Пока я застряла лишь на первой главе.
Самоварова приоткрыла дамскую сумочку и достала черную заколку-краб.
Сегодня утром, бережно вернув в карман старого плаща Алинин дневник, она случайно обнаружила ее в другом его кармане.
– Держи. Твоя?
Жанка поднесла заколку к заспанным глазам.
– Ага. И камушка одного не хватает. Но где вы ее взяли?! Она мне теперь особенно дорога, ведь эта поганка меня из-за нее на хер послала!
– Прошу тебя, не высказывай ей ничего. И про наши откровенные беседы не говори. Захочет – сама когда-нибудь расскажет. Могу сказать одно: эта «поганка» безмерно тобой дорожит.
– Варвара Сергеевна, миленькая, как же я вас люблю! – Жанка схватила Самоварову руками за шею и прижалась щекой к ее лицу. – Пожалуйста, не оставляйте поиски, даже если Алинки не окажется там, куда вы едете! Я этим следакам не верю, они палец о палец не ударят!
– Даже и не думай, теперь я вас в покое не оставлю, – отшутилась Самоварова, раскрывая объятия и крепко целуя девушку в щеку. – Давай, не раскисай здесь! Кстати, насчет следаков… Отнесись к парню повнимательней! И не начинай общение с истерик.
– А ничего, что он Андрея хочет посадить? – захлопала своими зелеными глазами Жанка.
– Он не хочет его посадить. Он всего лишь исполняет служебные обязанности и, надо сказать, исполняет честно, на совесть. Это характеризует его как надежного человека. Думаешь, я не видела, как вчера, невзирая ни на что, он на тебя пялился? Парень рвался сюда не для того, чтобы посмотреть, как уведут Андрея, а чтобы тебя лишний раз увидеть, – уверенно сказала Варвара Сергеевна.
– Вы и правда так считаете? А почему он не придумал другого повода?
– Стесняется, вы же едва знакомы! Не все мужики берут нахрапом.
На лице Жанки разлилась точно такая же улыбка, какую она несла на себе в утро их приезда, – рассеянная и загадочная.
– Но он первым начал мне писать! Сначала закон какой-то сбросил о пребывании на территории РФ иностранных граждан, типа, чтобы я знала, а потом мы незаметно начали переписываться.
– Писать всегда проще, чем взаимодействовать с живым человеком. Тем более с такой красоткой, как ты! – подбодрила ее Самоварова. – Это только писателям непросто, – удрученно вздохнула она. – А с Ливреевым заканчивай. Не любовь это, а так – времяпровождение.
Жанка напряглась. Самоварова почувствовала, как в ней снова завозились обида и злость.
Она сжала руку девушки:
– Плюнь и разотри! И благодари своего ангела-хранителя, что так легко отделалась. Все происходит не случайно. Не исчезни Алина, промурыжил бы он тебя еще пару месяцев, пока работа здесь есть, и, может, еще пару лет потом, в любовницах. Оно тебе надо? Это не счастье, а заполнение пустоты. А ты должна быть счастливой, себе должна, не кому-то! Поняла меня?
– Ага, – Жанка потерла кулачками влажные от слез и солнца глаза.
– Варя, – из приоткрытого в машине окна высунулась седая, коротко стриженная голова доктора. – Цигель-цигель, ай-лю-лю!
Когда водитель тронулся с места, Варвара Сергеевна оглянулась назад и увидела, как Жанна, застыв у калитки в своем милом смешном халатике, окончательно проснувшаяся, активно машет им вслед.
Глаза Самоваровой невольно увлажнились.
На территорию больницы автомобиль не пустили.
Пожилой, с испитым квадратным лицом и квадратными же плечами охранник оказался дюже принципиальным. Невзирая на статус отполированной Андреевой машины, он недовольно отчеканил в окошко водителя:
– Автомобили строго по заказанным пропускам.
Самоварова обрадовалась: пусть человек Андрея останется подальше от несуществующей «тети Зины».
– Ну что, Варь, какой у нас дальнейший план? – спросил Валерий Павлович, после того как, забрав паспорта у охранника, минут пять сердито переписывавшего их данные в пухлый журнал, они двинулись по широкой асфальтированной дорожке.
Тенистая аллея больничного парка по бокам была заставлена свежевыкрашенными лавочками, многие из которых в этот поздний утренний час были оккупированы больными и их близкими.
Как ни старалась Варвара Сергеевна сохранять спокойствие, с каждым шагом сердце ее билось все быстрей и быстрей. В груди трепыхалось предчувствие.
– План у нас один – перехват.
– В этом госпитале, если меня память не подводит, мой старый коллега нынче служит. Но я ума не приложу, с чего ты взяла, что она должна быть здесь? – начал было ворчать Валерий Павлович, но Варвара Сергеевна вдруг остановилась, нарочито строго посмотрела на доктора, и, тихо рассмеявшись, погладила его кончиками пальцев по губам.
– Забыл, с кем живешь? – улыбнулась она.
Доктор задержал ее пальцы на своих губах.
«Какое же счастье, что ты у меня есть!» – мысленно передала она ему по невидимым проводам.
– Погодка-то шепчет! Зря палки с собой не взяли. В концепцию «перехват» они бы сейчас как нельзя кстати вписались. Так что насчет нашего блога в инстаграме, решимся?
