– Эта девушка наконец пришла в себя? – спросил дядя Муса, закряхтел и поднялся с дивана. Дядя Анвар и отец встали на ноги следом. Искандер, стоявший за их спинами, вытянулся по стойке смирно, как только брат вошёл в гостиную. – Проспала несколько часов кряду! Разве из такой выйдет хорошая невестка?
Отец, дядья и брат ждали его внизу и, устроившись за круглым столом из настоящего дубового дерева, спокойно пили кофе. Ирсана прошлась пару раз по зале и забрала чашки со стола к себе на поднос, а дядя Анвар попросил заварить ему ещё одну порцию. Вахита Исламович поддержал его, и Джамаль, видя эту умиротворённую семейную картину, немного успокоился. В конце концов, гнев – плохой советчик. И почему он так терял контроль над собой рядом с ней?
– Наш милый Муса не перестает ворчать с тех пор, как ты привёл в наш дом эту девушку, – подметил старый Айдемиров, который в отличие от своего ваша придерживался нейтральной позиции в этом споре. Он не поддерживал старшего сына в желании выкрасть дочь Георгия Шакроевича, но и перечить ему не стал. Аристократ до мозга костей, он не привык лишний раз суетиться. Он считал, что проблемы, которые могло навлечь на их семью это решение, были недостаточно весомыми по сравнению с теми, что предстояли Джавашвили, если они всё же заберут свою дочь обратно. В конце концов, у них – купец, а у грузин – товар!.. Если кто и должен ломать голову, так это родные невесты. Да и сыну он давно хотел найти жену!.. Как у них принято? Чем раньше женишь детей, тем лучше.
– Такое ощущение, брат мой, что тебя прельщает невестка-грузинка, – пожурил его плут-Анвар, который тоже не очень серьёзно относился к капризам племянника. В своё время он сам своровал двух девиц, которых позже сделал первой и второй своей женой. Одна из них исповедовала в девичестве христианскую веру, но после кражи перешла в мусульманство.
– Скажем так: я от неё не в восторге, – открыто признался Вахита и попросил Ирсану принести ещё молока для кофе. – Но Абалаевы обратили свою грузинку в истинную веру и преспокойно сыграли свадьбу. Раз уж у них это получилось, так почему мы не можем? Я на всё готов, лишь бы мой сын был счастлив.
Джамаль и Искандер переглянулись, обрадовавшись этим заявлением, и даже почувствовали прилив бодрости, но дядя Муса всё ещё не одобрял их сумасбродства.
– Ты так говоришь с тех пор, как веши-кlант61 родился, – почтенный чеченец почесал свою длинную чёрную бородку и иронично зацокал языком. – Вот он и вырос таким смутьяном. Не додал ты ему когда-то ремня, ваша!
– При всём уважении, дядя Муса, – вежливо, но твердо заспорил племянник. – Я ещё ни разу не разочаровывал своего отца и эту девушку… я действительно люблю. Я пошёл на кражу не из прихоти, как вам могло бы показаться, а из крепких, сильных чувств к ней.
– Поэтому-то она плачет так, что по всему дому слышно? – звучно хмыкнул дядя и замолк. Вслед за ним замолчали и Вахита, и Анвар, и все вмиг услышали всхлипы Нино. – Что-то не видно, чтобы она любила тебя в ответ, дорогой племянник. А если она не любит, то твои чувства тебя больше не оправдывают. И ты ещё говоришь, что это не прихоть!
Джамаль не любил дядю Мусу. Он был имамом и чересчур любил читать да’ваты62, от которых его племянники, будучи маленькими, прятались по углам. Слишком много праведности он вносил в свои речи, которые обращал к их грешным душам, мечтая их исправить. Однако грех слишком часто подпитывался в старшем племяннике его окружением и так глубоко засел внутри него, что его больше не пытались искоренить. Он и сам осознавал это в себе, но уже давно перестал бороться. Однажды дяде Мусе удалось расшевелить в его душе что-то, после чего он провёл несколько дней в мечети и неустанно молился, но потом всё неизбежно вернулось на круги своя. И теперь, если греховная страсть и ревность толкнули его на этот поступок, то так тому и быть!.. Пусть великий Аллах покарает его, как посчитает нужным, но этой девушкой он… будет обладать.
– Я слышал, Исхан и его молодая жена обосновались здесь, в Ахалцихе, – напомнил всем Искандер, желая сменить тему. – Он знает, что мы так близко, брат?
– Знает, – хрипло молвил ваша, борясь в душе со своими демонами. – Он был у нас час назад, но я отослал его подальше. Я не хочу, чтобы он знал, где мы прячем княжну.
– Он отказался нам помочь, – заключил второй сын Вахита. – Понятно, почему ты обижен на него.
Немного помолчали, прежде чем дядя Муса заговорил вновь. Как глубоко в душу проникал этот голос!..
– И что же вы никого не отправите к её отцу? – спросил он с осуждением, обращаясь к Вахиту. – Они никого не застали у Анвара и преспокойно сели, сложив руки?
– В этом нет смысла, – пожал плечами Вахита. – Они не согласятся оставить её у нас, пока она сама этого не пожелает. Следует выждать, пока Нино Георгиевна добровольно войдёт в нашу семью. И тогда с её собственной проблем не возникнет.
Джамаль слушал отца молча и наматывал каждое его слово на ус. Он думал так же и, видя в его рассуждениях отголоски своих мыслей, снова вспоминал о Нино. Как много она значила для него!..
***
