Некогда я снискал славу честного убийцы, истребляя преступников и нечисть под эгидой «Юстициус» – детища всей моей жизни. За звонкую монету я делал то, что часто было не под силу страже и охотникам. Всё переменилось в один момент, когда на мой след вышла богиня истины и справедливого суда, заставив меня расплатиться за самосуд юстициаров собственной жизнью. Однако у судьбы на меня оказались иные планы. Я оказался в новом плену – теле юного и хилого аристократа, в другом мире. Мире, где на фоне войн, преступлений и невежества аристократии у «Юстициус» не было бы отбоя от заказов. И пусть благими намерениями, как говорят, выстлана дорога в Преисподнюю. Моя совесть чиста, дело – правое, а награда – щедрая...
Тут же отчаливать с Аравийского материка даже после столь недружелюбного приема я, конечно же, не собирался. Напротив, загорелся желанием отыскать не только мастера-артефактора, но также Версалида и его потенциальных сообщников. Или же тюремщиков. Дать произошедшему более точную оценку я пока что не мог. По ходу дела разберемся.
Дротик я оставил у себя, на всякий случай. Обернул его в тут же купленный на причале отрезок ткани и убрал этот сверток во внутренний карман рюкзака. Изучу его более подробно, как только появится свободное время. А пока не наступил вечер, стоило лучше ознакомиться с местом, в котором оказался. Местом, не похожим ни на какие другие, виденные мною ранее.
Неим был портовым городом, а следовательно, рассчитанным на нескончаемый поток туристов и продажу плодов рыбацкого промысла. Но на первый взгляд, продавали здесь всё, что под руку попалось или же не пользовалось спросом в иных городах на материке.
Одежды местных не блистали изысками, зато хорошо защищали от солнца. Были длинными и закрытыми, как у мужчин, так и у женщин. Хотя мужчин здесь бродило в разы больше.
Так что первым делом, чтобы не изнывать от жары и одновременно слиться с жителями, мы приобрели себе соответствующие климату и культурным особенностям наряды на рынке.
Думал, что маркиза Арнаутова начнет пререкаться и пожелает приодеться в более соответствующем ее статусу месте, но нет. Наравне с нами выбрала себе женское платье песчаного оттенка с витиеватым орнаментом, вышитым золотой нитью, и осталась довольна. А вот переодевание Саймона стало для нас той еще задачкой, учитывая его сломанную в битве с кракеном руку, но справились мы и с этим.
По итогу, пробежавшись по своим спутникам оценивающим взглядом, сделал неутешительный вывод, что слиться с местными у нас всё равно получится вряд ли. Слишком уж мы бледные в отличие от основного контингента Неима. Озадаченные физиономии довершали наш образ, и даже Саймон с его знанием аравийского разговорного языка не помогал нам в скорости адаптироваться к новым условиям.
Пекло выматывало, и уже спустя несколько часов блуждания по открытым улочкам города появилось острое желание завалиться куда-нибудь, где будет хотя бы на пару-тройку градусов прохладнее. Первым эту мысль высказал, как ни странно, Лука, хотя одномоментно с ним согласились все остальные, в том числе и я.
Маркиза пока что не наглела, но подозревал, что это всего лишь вопрос времени. Аристократы они такие… никогда не знаешь, чего от них ожидать, кроме того, что рано или поздно они проявят свой высокоблагородный характер.
Зашли мы в первое попавшееся заведение, в котором подавали и еду, и напитки, в том числе горячительные. Оно чем-то напомнило мне привычную скардийскую таверну за исключением обилия резьбы по дереву в восточном стиле, которой были украшены фасад и сам зал. Столы здесь были длинные, рассчитанные на большие компании, так что места за одним из них нам хватило с лихвой. Определиться с выбором еды в меню доверили, разумеется, Саймону, потому что я всё еще плохо разбирался в этих крючках и завитушках.
— Что-нибудь такое, чтобы после трапезы уборную на полчаса не занимать, — дал пареньку единственное указание, а сам принялся вслушиваться в замысловатые разговоры местных.
Ни единого слова не понимая из того, что они галдят, еще и в подпитом состоянии.
Мда-а-а… знания языка мне явно не хватало для того, чтобы взять нужный мне ориентир по слухам. И здесь мне тоже, как нельзя кстати, пригодился бы Саймон, который мало того, что в аравийском разбирается, так еще и мыслишки чужие почитывает с завидной периодичностью.
Но ауры Версалида я всё еще не ощущал. Даже намека не было на то, что беглец находится где-то поблизости. Однако каким-то образом его яд оказался на дротике. Единственный в своем роде яд.
— Благородные господа из задальных… в смысле дальних земель! — подсел к нам какой-то гном… в смысле хабб. Говорил он на русском, но с небольшим шипящим акцентом.
Объемная круглая шапочка цвета бордо покрывала его полысевшую макушку, зато густая темно-рыжая борода тянулась до самой груди. Одет он был в такие же скромные одежды, как местные, за исключением узких ножен на поясе, из которых торчала рукоять инкрустированного алым камнем стилета.
Аккурат между мной и маркизой Арнаутовой присел, особо не стесняясь в манерах. Выложил перед нами на стол какие-то карточки с изображением красочных и завлекательных мест материка и принялся попеременно пялиться то на меня, то на всех остальных. Клюнем или нет? Есть у нас финансы на то, чтобы заскошелиться на туристические увеселения, или нет?
— Вам не нужно искать хорошего гида для путешествия, которое запомнится на всю жизнь, если хороший гид сам отыщет вас! — постучал он указательным пальцем по своему виску. — Смекаете, господа?
— У нас уже есть гид, — заявила ему Анна-Мария, отодвигаясь со скамьи на пару сантиметров правее. — Хотя… а что вы там предлагаете?
