— Я-то как раз скорее пастух, — улыбнулся начальник лагеря. Улыбка клиента слегка ободрила Августа Яновича.
— Да, — сказал он, — у вас большое стадо. Вот мы и вернулись к тому, с чего начали. Работа у вас сложная, как…
— Как у любого другого.
— Нет, извините, не как у любого, — возразил Август Янович, увидевший вдруг, что над пропастью замаячил узенький шаткий мостик, ведущий к Алексею Палычу. — Если уж говорить про любого, то будем говорить про любого учителя. Современные учителя — это каторжники. Их приговорили всю жизнь делать добро. А что они получают взамен от учеников? Извините меня — грубость и глупые прозвища.
— Чепуха, — равнодушно заметил клиент.
— То есть как чепуха?! — возмутился Август Янович, не привыкший к таким оценкам своих выступлений перед клиентами.
— Так, чепуха. Хороший учитель не только что-то дает ученикам, но и получает от них.
— Интересно, что можно получить от них в наше время? — спросил Август Янович.
— Молодость, — кратко ответил клиент.
— Это в каком же смысле?
— Они все время растут. Меняются. Заставляют думать.
— Молодость… Я знаю людей, которые по двадцать лет работают в школе. За это время никто из них не помолодел. Это, извините, заметно не только по волосу. — Глядя на клиента в зеркало, Август Янович грозно шевельнул усами, что того совершенно не смутило.
— Может быть, мы займемся делом? — спросил клиент.
Как и все старые люди, Август Янович был обидчив. Кроме того, он привык, что с ним разговаривали всегда уважительно. От него, не от кого другого, зависела красота человеческая — внешняя, самая заметная красота. Поэтому отметим, что мужество в разговоре с непочтительным клиентом пришлось проявить немалое. Впрочем, Августу Яновичу было с кого брать пример: тени великих комиссаров полиции и частных сыщиков затаились в углах парикмахерской.
Август Янович вздохнул и продолжил:
— Хотя бывают прекрасные учителя. Например, Мухин Алексей Палыч.
Клиент промолчал.
— Вот человек, достойный памятника.
— Он еще не умер, — сказал клиент.
— Значит, вы знаете этого прекрасного человека?
— Знаю.
— Головой ручаюсь — вы у него учились.
— Учился.
— Скажу больше: вы у него учились, но с ним теперь не встречаетесь.
— Встречаюсь.
— Скажу больше: встретились вы с ним совершенно случайно.
— Послушайте, что вам нужно? — неожиданно спросил клиент.
— Мне? — Август Янович слегка оторопел. — Мне абсолютно ничего не нужно. Просто интересно, где в наше время может встретиться бывший ученик со своим бывшим учителем?
— Допустим, у меня в кабинете.
— А-а-а… — сказал Август Янович. — Да, да. Он приходил к вам с каким-то мальчиком.
— Он приходил один. Может быть, вы мне все-таки скажете прямо: что вам от меня нужно?
— Абсолютно ничего.
— Почему же вы задаете уже шестой вопрос об Алексее Палыче?
— Разве шестой? — удивился парикмахер. — Простите, я не считаю.
— А я считаю. Почему вас интересует какой-то мальчик?
— Кажется, Алексей Палыч что-то говорил…
— Кажется или говорил?
Начальник лагеря спрашивал быстро и без пауз. Август Янович едва успевал отмахиваться. Если свои вопросы парикмахер задавал с подготовкой, то клиент на разведку времени не тратил.
— Даже если и говорил, то вам-то какое до всего этого дело?
— Господи! — жалобно сказал Август Янович. — Да неужели в наше время у клиента спросить ничего нельзя?
— Спрашивайте.
— Что же спрашивать? — растерянно спросил Август Янович.
— Что вы хотите узнать?
— Я ничего не хочу, — защищался Август Янович, уже мечтавший о том, чтобы клиент побыстрее ушел. — Почему я должен что-то хотеть?
— Я вижу, что вы очень интересуетесь Алексеем Палычем и каким-то мальчиком, который ко мне не приходил.
— С вас пятьдесят копеек, — пробормотал Август Янович наугад и при этом обсчитал себя копеек на тридцать.
— Этот мальчик ваш родственник? — спросил начальник лагеря.
— Избави бог…
— Знакомый?
— Ни боже мой…
— Тогда почему вы им интересуетесь?
— Извините, — сказал Август Янович, слегка откачнувшись от поднявшегося клиента.
— Пожалуйста, — холодно заметил клиент. — В следующий раз не ходите вокруг да около, а начинайте сразу. Так будет проще. Сообщаю: интересующий вас мальчик находится у нас в лагере. Алексей Палыч действительно за него хлопотал. Я выписал для него путевку. Это не вполне по правилам, но переживем. Будут еще вопросы?
— Да я просто так… — защищался Август Янович. — Я в смысле заботы о детях.
— В этом смысле у нас все в порядке, — отчеканил начальник лагеря. — Так что спите спокойно, дорогой товарищ. Спасибо и до свидания.
Начальник лагеря вышел пружинистой, спортивной походкой.
Август Янович показал ему вслед язык. Он был доволен: молодые современные начальники тоже имели свои слабые места. Слабым местом этого оказалась самоуверенность. Просто Август Янович не сразу сообразил, что с такими людьми лучше всего играть в открытую.
Но, как бы то ни было, игра ума на этом заканчивалась. Следовало подумать о конкретных действиях.
