– Договорись с Боровским. Давай вернемся в лабораторию. Ву к вечеру скинет синопсис к выводам, направим усилия Ярослава на подтверждение этих выводов.
Райли молчал. Смотрел перед собой. Потом сделал шаг к выходу с террасы.
– Райли? – Лео беспомощно смотрела ему вслед.
– Хорошо, – не оборачиваясь, откликнулся Эванс. – Я подойду к Боровскому.
– Абы кто в экспериментах, конечно, не нужен, вот пусть будет Лео. – Боровский внимательно изучал рейтинг способностей. – Вы согласны? Райли?
Райли сухо кивнул.
Боровский открыл файл нового лабораторного журнала. Выяснилось, что там уже расписан поминутный тайминг всех действий «объекта исследований».
– Никакой самодеятельности, – он кивнул на журнал. – Зовите Лео. Сегодня сделаем тестовые замеры, по их итогам составим вместе, – он выделил последнее слово, будто кидая мостик к примирению, – план на завтра.
Лео была великолепна. В точности выполнила все шаги программы. И так легко отрабатывала задания, словно это она все предыдущее время кидалась мукой.
При оценке результатов первого дня, соотнеся их с предыдущими исследованиями, Райли предположил, что разрывы пространства должны быть связаны с гравитационными аномалиями. Вызвал по коммуникатору Ву Жоу, и они вместе накидали схему прибора, способного измерять гравитационные волны.
А вечером Лео стояла у стекла реанимационной палаты и смотрела на Алексея, опутанного медицинской техникой. Акихиро деликатно держался рядом, скроля какую-то медицинскую информацию на планшете.
– Ты можешь обещать, что он останется жив?
Тот оторвался от планшета, с минуту смотрел на Алексея, потом повернулся к Лео и грустно покачал головой.
– Почему? Это перелом руки. От перелома руки не умирают!
– У него сердце не справляется. Мы подняли уровень обезболивающих, но пока положительной динамики нет. Я не хочу тебе врать, извини. Мы делаем все возможное.
Акихиро пожал Лео руку. И ушел. А она осталась стоять там же, у стекла.
На следующий день в лаборатории от команды медиков дежурил незнакомый Лео китаец. Он пришел раньше всех и сейчас, спрятав руки за спину, с интересом разглядывал оборудование. Лео заметила его, уже зайдя в помещение. Слегка улыбнувшись, она протянула ему руку.
– Привет. Меня зовут Лео, а тебя?
– Хен.
Китаец явно знал, что делать. Уверенно достал датчики монитора состояния и начал цеплять их на нее.
– Мы не продвинулись так далеко, как вы, – сказал Хен, слегка помедлив. – Хотя тоже начали подозревать, что дело в каких-то пространственных аномалиях. Полагаем, что вас зацепил некий мощный процесс в большом космосе. Ваши тела срезонировали с вызванным им возмущением пространства и сохранили остаточные колебания, как струна, поймавшая звук колокола. А потом вы как-то научились управлять этим. Странно то, что наш мозг, похоже, уже знаком с подобными процессами, иначе вы сразу ушли бы в распад. Видимо, похожие колебания бывают и на Земле, раз живые организмы успели к ним приспособиться. Но мы привыкли к более слабым колебаниям, поэтому временами сил не хватает и контроль срывается.
– Интересная теория. – Лео поправила датчик на запястье. – А где Виктор или Акихиро? Им привычнее то, что мы будем делать.
– Отсыпаются… Ночью пришлось сделать Алексею еще одну операцию, закончили только полтора часа назад. Повторно провели остеосинтез диафиза плечевой кости. Поставили аппарат Илизарова.
– И как Алексей?
– По-прежнему в коме. Организм плохо справляется с травмой, возможно, так повлияли ваши перемещения. Врачи хотят его поберечь и будут держать в бессознательном состоянии, пока не стабилизируется процесс заживления.
– А почему не используют наноагенты?
Виктору и Акихиро Лео боялась надоедать вопросами: они выглядели ужасно уставшими, да и особо не стремились делиться подробностями хода лечения. То ли в силу каких-то профессиональных суеверий, то ли по иной причине. Хен же охотно отвечал, и грех было не воспользоваться моментом.
– Много осколков кости. Наноагенты не в состоянии собрать такую сложную травму. Поэтому применили остеосинтез на спицах и штифтах. Когда пойдет начальное сращивание, запустят наноагенты.
В лабораторию пришел Райли, мельком глянул на Лео, спросил:
– Все в порядке? Работаем?
– Да. – Она обхватила себя за плечи.
– Ждем Боровского. Я пока включаю оборудование. Хен, готов?
Китаец кивнул. Пришел Ярослав, открыл новую вкладку журнала, и Лео отправилась в лабораторию.
– Мы готовы, – сообщил динамик.
Перемещаться мгновенно ей оказалось очень легко. Потянуться к нужной точке, и вот уже там. Требовалось минимальное физическое усилие. Этот процесс даже доставлял Лео некое удовольствие.
– Достаточно, – дал Боровский отмашку по громкой связи. – Обсчитаем то, что есть, и сделаем план на следующий день.
Хен снял датчики, и Лео ушла, оставив китайца, Райли и Боровского заниматься данными.
Снова пошла в медблок. Дверь открыл Виктор. Выглядел он, будто спал прямо тут: взлохмаченная голова, отпечаток от руки на щеке.
– Ой, ну зря ты, – протянул он сразу. – Подожди еще несколько дней, ему станет лучше.
