На мой вопрос, Рашас пояснил, что это пропитка, авторства его учителя, и она сама по себе укрепляет дерева, но главное что она делает — упрощает зачарование заготовки.
Далее, он обтер деревянные ножи шкурой, обмотал их рукояти кожей, приклеив ее на клей, что так же стоял на полке, рядом с первой баночкой, а потом принялся читать речитатив в полголоса, в процессе, утапливая в дерево маленькие кусочки костей и камней.
А в магическом зрении, я видел, как по дереву расходится магия, формирует сетку, что плотнее всего у лезвия, а узлами сети становились те вкрапления, которые утапливал в размокшее дерево шаман.
На мой вопрос по поводу слов, Рашас ответил, что подобные песнопения не обязательны и лишь помогают войти в нужное состояние и настроить разум именно на ту задачу, что сейчас выполняется.
А потом он оставил уже почти готовые изделия сушиться и отправился спать.
Когда Рашас проснулся, я поделился с ним своими наблюдениями и мыслями, указав на изменения аур растений. Он тоже не смог прийти к определенным выводам, но согласился с тем, что за всем этим нужно продолжать наблюдать, а потом указал мне, что аура у меня заметно изменилась — стала более завершенной, больше напоминала нечто живое, увеличилась и стала ярче.
Хотя все так же оставалась довольно тусклой, относительно всего вокруг, а из живого напоминало скорее растения, или грибы, чем животных, но все-таки, уже не отдельные ауры минералов, из которых состоял дрон.
Мы еще немного поговорили о свойствах ауры, пока Рашас заканчивал обработку заготовок ножей. Они уже высохли и были даже в таком виде довольно прочными, способными с трудом, но резать дерево, не теряя остроты.
Рашас, в завершении процесса создания предметов, выжигал на них концентрирующую и удерживающую энергию вязь, а потом заполнял предметы магией.
На мои расспросы, он охотно отвечал, а свои нынешние действия объяснил так:
— Я сначала пропитал их составом, который усилил материал, сделал его более податливым для обработки и зачарования, а потом дал заготовкам время слиться с зачарованием, суть которого заключалась в сопротивлении любому внешнему воздействию.
Сильнее всего это свойство будет проявляться у лезвия, но пока они не пропитаны магией, после высыхания, это просто прочные деревянные игрушки.
А вот дальше, я выжег на них рисунки, что будут препятствовать потери энергии, и понемногу будут впитывать энергию извне.
Так, даже если нож повредить, оставить где-то и не заряжать, он со временем сам зарядится от окружающих растений и проходящих живых существ и восстановится.
— От других существ? А это не повредит носителю? — с интересом спросил Каштол, желая вникнуть в процесс.
— Нет, тянет он очень мало энергии, почти незаметно. Видел семечко, что я помещал в каждую рукоять? — Спросил Рашас, откладывая последний, окончательно завершенный инструмент.
Были тут не только одинаковые ножи, но и специальные, для разделки, для вырезания из дерева, или кости и много еще для чего.
— Не обратил внимания. Ты много чего погружал в дерево, а семечки, наверно не сильно отличались по виду от того, что я принял за маленькие каменные накопители — ответил Каштол.
— Да… в каком-то смысле, эти семечки и есть накопители.
Я сам не до конца понимаю, как это работает, но если их добавить, мои изделия заметно дольше и лучше удерживают энергию и зачарования, они даже могут исправлять небольшие огрехи в чарах, подобно живым организмам, а пару раз даже такие забытые ножики прорастали в землю и пополняли свой резерв естественным для растений способом — с улыбкой рассказывал Рашас.
Эти двое продолжали неспешней диалог, обмениваясь мнениями и знаниями, а потом проснулся Рош.
Он потянулся, зевнул и открыл глаза, огляделся и выдал:
— А что это было?
Рашас проверил состояние Роша, напоил его отварами и заключил, что теперь все в порядке, нужно только дать ауре еще немного времени и она восстановится сама, еще отметил, что резерв Рашаса еще заметно вырос.
Возможно, еще и скорость выработки собственной магии подросла, но это можно проверить потом.
После еды, мы таки решили разобраться, что призвал Рош, раньше было не до этого, и Рашас только оградил этот объект сигнальными чарами, что бы узнать, если вдруг что-то изменится.
В этот раз мы уже внимательнее осмотрели артефакт. То, что это артефакт можно было сказать наверняка — у предмета было, будто несколько разных аур, и они были явно не естественные, то есть, не похожими на ауры материала, или живого создания.
Даже у амулетов и накопителей, которые делают Рош и Рашас, ауры выглядят более естественно и живо, а здесь они напоминали скорее дрон Каштола в его нынешнем виде, но было видно, что чары едва держатся и скоро развеются либо сами, либо достаточно небольшого усилия мага, что бы их разрушить.
— Думаю, что пока чары действуют, открывать не стоит — отметил Рашас.
— Ты тоже заметил, что тот, кто там лежит, скорее всего, жив?
