Чего я могла ждать после смерти? Точно не воскрешения!И стоило бы порадоваться такому подарку судьбы, ведь я, наконец, встретила пропавших родителей и узнала о своем даре. Но радость омрачает предательство любимого, отправившего меня на смерть.Теперь мне нужно вырвать из сердца все чувства к предателю! И понять, как управлять той силой, что таится внутри меня. Ведь зло гораздо ближе, чем кажется.
Пряча голову под капюшоном черной безразмерной толстовки, я нетерпеливо постучалась. В доме послышались шаги, а затем передо мной распахнулась дверь, на пороге которой стояла крайне удивленная подруга.
— Кэс, ну наконец-то! — заголосила она на всю улицу.
— Да тише ты! — шикнула я, натягивая край капюшона на лицо. — Можно войти?
— Конечно, проходи, — изумленно пролепетала Лори и прижалась к двери, освобождая мне проход в дом.
Когда дверь за нами захлопнулась, я облегченно выдохнула. Наконец, я могла почувствовать себя в безопасности.
— Ты одна дома? — тихо спросила я.
— Одна, — протянула Лори. — Ты начинаешь пугать меня. Что вообще происходит? И что за странная одежда на тебе?
Я машинально поправила горловину толстовки, пряча след на шее, которым меня наградила черная пума. И молча глядела на подругу, пытаясь подобрать подходящие слова.
— И вообще, где ты пропадала? — продолжала она насыпать вопросов. — В сети не появляешься, телефон выключен…
— Лори, — наконец, собралась я с мыслями. — Кое-что случилось, поэтому я и не выходила на связь. Но сейчас не об этом. Я просто пришла сказать тебе, что со мной все в порядке. И предупредить, что уезжаю до конца лета к отцу.
— А что произошло? — насторожилась она.
—Прости, пожалуйста, но я не могу рассказать тебе об этом. Все, что тебе стоит знать — для Шейна я больше не существую. Если ты где-нибудь встретишь его, то, умоляю, не говори, что видела меня! Притворись, что вообще не знаешь, где я и что со мной. Будто я сейчас и не приходила к тебе.
— Кэс, я не понимаю, — в смятении ответила Лори. — Что могло произойти, что тебе нужно скрываться от Шейна?
— Это не важно, — небрежно бросила я. — Если ты встретишь его, то что бы он тебе ни говорил, ни в коем случае не признавайся, что видела меня!
— Он сделал с тобой что-то ужасное? — она пристально посмотрела и взяла меня за плечи. — Если так, то тебе не нужно бояться рассказать об этом. Давай вместе обратимся в полицию. Я буду рядом и помогу тебе. Мы сделаем все возможное, чтобы из-за его статуса к нему не отнеслись лояльно!
Что я могла ответить подруге? Рассказать о том, что Шейн все это время лгал мне? Рассказать, как заманил в ловушку, а его мать убила меня, чтобы снять родовое проклятие? Рассказать, что каким-то неизвестным образом ожила?
У меня в запасе много увлекательных историй. И про мои обращения в зверя, и про то, как встретила своих родителей спустя столько лет, исчезнувших из-за проклятия… Но, боюсь, после рассказа обо всем этом даже подруга вызовет мне скорую помощь с отрядом добрых санитаров. Из лучших побуждений, конечно.
— Не спрашивай меня об этом больше, прошу! — взмолилась я после затянувшейся паузы. — Не могу тебе рассказать о случившемся, понимаешь? Просто сделай так, как прошу. Пожалуйста! Ведь и тебе когда-то требовалось, чтобы я не задавала лишних вопросов о происшествии с тобой. И сейчас мне нужно то же от тебя.
Подруга понимающе кивнула и крепко обняла меня.
— Все будет хорошо, не переживай, — подбадривала она. — Навести отца, отдохни. Только теперь пиши мне, хорошо?
— А вот с этим возникнут проблемы, — протянула я. — Часть моих вещей, включая телефон, остались в доме у озера. И забрать их оттуда, как ты понимаешь, я теперь не могу. А новый телефон пока не стану покупать. Просто хочу побыть немного в изоляции.
— Ох, Кэс, — вздохнула Лори. — Даже не представляю, во что ты вляпалась.
Будильник настойчиво трезвонил в десятый раз. Вновь и вновь на моем смартфоне играла мелодия, что мне так нравилась. Раньше нравилась. Было ошибкой прежде полагать, что приятная музыка на будильнике может не раздражать. Может, да еще как!
Утренний инфаркт, как от звучания моего старого будильника, я конечно же теперь не получаю, зато с полным пробуждением начались проблемы. Мгновенно погружаясь обратно в сон, вырываюсь из него каждые пять минут от повторяющегося сигнала телефона. Оттого и прежде любимая мелодия раздражает.
Вообще я во многом ошибалась. И будильник — самая незначительная мелочь. А вот ошибаться в людях оказалось для меня фатальным.
Я лениво встала с постели, отключила, наконец, повтор будильника, и побрела к умывальнику.
Просыпаться даже к обеденному времени стало невыносимо трудно. Переход на обычный режим сна теперь мне давался кране нелегко. За пару предыдущих месяцев, пока я избегала ночных обращений, я так привыкла бодрствовать ночью, что засыпать теперь в привычное человеческое время было мне не под силу.
Ночами я ворочалась с боку на бок, пока сон все же не решал посетить меня. И, конечно, мысли, вечно бушующие в моей голове, тоже не способствовали быстрому засыпанию.
После моей смерти и никем нежданного воскрешения, у меня отпала необходимость предотвращать неконтролируемые мной обращений. Ведь проклятие, из-за которого меня и убили, теперь снято. А, значит, можно спокойно спать по ночам и ничего не бояться — охотиться теперь на меня уже точно никто не будет.
