— Поднимите этот флаг, — приказал Хольт, разворачивая тяжелое знамя.
Семь Звезд Провидения сверкали на темно-синей ткани, невероятно яркие в тусклом утреннем свете. Вокруг переминались с ноги на ногу летийские мореходы, бросавшие неуверенные взгляды на своих повелителей в алых доспехах. Шагнув вперед, один из корсаров с подчеркнутым отвращением взглянул на стяг.
— Покаянники, мы не ходим под ложными идолами, — пробурчал он.
— Ты говоришь о Семи Звездах, знамени моего родного мира — мира, который десять тысяч лет сражался за Бога-Императора, — солгал Айверсон, вполне уверенный, что эти дремучие фанатики ничего не знают о Провидении.
— Но это есть летийский корабль…
— Нет, это корабль Императора, а я — Его слуга, назначенный исполнить Его священное задание. Ты ставишь под сомнение Его слово?
Корсар взглянул на Хольта с беспримесной ненавистью, но тот не обратил на это внимания.
— Поднять флаг! — рявкнул комиссар на матросов. — Немедленно!
Как только «морские волки» кинулись выполнять приказ, Изабель вопросительно подняла бровь.
— Сразу отвечаю: знамя я раздобыл еще на «Антигоне», — произнес Айверсон. — А зачем оно нужно, кадет Рив… Почему бы тебе самой не предположить?
— Очевидно, что вы надеетесь выманить отступников, — тут же ответила девушка. — Я хотела спросить о другом, сэр.
— Тогда просвети меня, кадет.
— Если они появятся, что вы им скажете?
— А как
Изабель помедлила. Игра, которую они вели, с каждым днем становилась все опаснее. Наконец, девушка сделала осторожный ход.
— Я не вправе советовать вам, сэр.
— Хороший ответ, Рив, — с этими словами Хольт повернулся к ней спиной.
