Лето застыл от холода, звучавшего в голосе отца. Лиадро Годрео нисколько не сомневался в собственной догадке и теперь смотрел на Лето так, словно знал всё, что случится, наперёд, и этот взгляд — не отца, но жреца — не сулил ничего хорошего.
Лиадро Годрео понял всё, как только Лето положил под топор собственную шею. Он прекрасно знал, как высоко Лето ценит понятие чести, как и то, что от него возможно ожидать широких жестов, граничащих с отчаянным безрассудством, но в этот раз им руководили отнюдь не соображения совести. То, с каким бесстрашием, и даже облегчением, опустил он голову на плаху могло свидетельствовать только об одном: в этот момент Лето сделал то, что считал более важным, чем сохранность собственной жизни.
Но что могло быть дороже? Только жизнь того, кого ты любишь.
Теперь досадная фантазия Виро, стоившая Толедо жизни, больше не казалась такой уж пустой. Омега сумел заглянуть глубже очевидной несовместимости Лето с таким ничтожеством, как Хюрем. Суженый разглядел в связи двоих истинность. Расскажи он родителям, и Толедо мог бы остаться в живых, а вот Хюрем уже наверняка бы сгинул со свету.
— Что ты намерен делать с Хюремом? — прервал напряженное молчание Лето, словно уловив имя любимого в воздухе.
— А как ты думаешь? — без толики эмоций ответил вопросом на вопрос отец.
— Ты не причинишь ему зла.
— Я, — властно заговорил Лиадро Годрео, — всегда буду заботиться о благе Касты, и только во вторую очередь о собственной семье!
Лето понял, что отец уже вынес смертный приговор Хюрему — дни омеги были сочтены.
— Отец… — надрывно начал Лето, не зная что сказать, как убедить того оставить жизнь своей половине, ведь его отец говорил чистую правду: прежде всего он верховный жрец и ему надлежит руководствоваться исключительно благополучием Касты. — Отец… — повторил он с мольбой, продолжая смотреть в холодные голубые глаза, и чувствуя, как земля уходит из-под его ног. — Молю!
Не существовало такого довода, который бы убедил Лиадро Годрео изменить решение, пойдя на поводу у личных просьб, пусть и сына. И осознание этого вдруг треснуло в груди уродливым ртом пропасти, раскрывавшимся всё шире и глотавшим всё, что было внутри, и всё, что было снаружи, стремясь проглотить самого Лето.
Лиадро Годрео продолжал молча смотреть на сына. И видеть в нём себя. Так же и он молил своего отца много лет назад. Никогда и никому не говорил он о том, что и сам однажды встретил пару. Омегу, не являвшегося раджаном. Тот состоял на службе у одного из послов, прибывших с Драдосских островов вести переговоры о покровительстве Касты взамен на то, что империя заявляла заморские земли собственностью.
Его звали Тисен, и, в отличие от убожества пары сына, омега был сказочно красив. Высокий и стройный, с покатыми плечами, величаво отведёнными назад, поднятым подбородком и чуть прикрытыми веками. Он сверкал изумрудами миндалевидных глаз, скрытых чёрными, как смоль, ресницами, скрытно наблюдая за тем, сколько взоров собрал его бронзовый оттенок кожи и красноватый отлив убранных в замысловатые косицы волос.
Он приближался к трону Годрео Таббат, отца Лиадро и деда Лето, ступая за левым плечом посла мягкой поступью. Лиадро завороженно следил за гостем, ещё не ощущая запах, но будто предчувствуя сокрушительную волну, готовую разбить берег вдребезги. И вот аромат гортензии и лимона наконец коснулся обоняния. Гость, с умеренным вниманием рассматривавший новое окружение, вдруг перевёл взгляд на белокурого юношу-раджана лет двадцати, и оба поняли, что судьба сделала свой выбор.
Память о том, как он не мог пошевелиться весь вечер, свежо легла на плечи. В тот миг Лиадро не думал ни о своём молодом супруге, уже успевшим явить на свет альфу-наследника, ни о том, что от незнакомца веяло присутствием постоянного спутника — наверняка старшего мужа. Ни о том, насколько они были разные, и об этом кричал не только цвет кожи и волос. Они были из разных миров и разных реальностей. В тот момент Лиадро просто обожал свою пару, не в силах оторвать взгляд ни на мгновенье.
Ту мимолётную ночь они ласкали друг друга без устали, а на следующий день посольство отбыло. Лиадро пообещал найти способ встретиться вновь. Тисен улыбался и целовал его своими вишнёвыми губами, оставляя ожоги на коже.
След каравана едва остыл, как Лиадро принялся искать возможность отправиться в новую провинцию Касты. Удача была не на его стороне и каждая попытка оборачивалась провалом. Невезение, неподходящее время и множество других обстоятельств не давали Лиадро покинуть город, однако это нисколько не охлаждало пыл юного наследника, и он продолжал искать повод. До того самого момента, пока однажды отец не пожелал поговорить с ним наедине.
