Что-то я не совсем его понял. Почему плохо? Допустим, контракт разорван, куб исчезает, те, что в нём оказались, возвращаются туда, откуда пропали… Стоп! А точно возвратятся? Вдруг исчезнут вместе с кубом!.. Да. Тогда и впрямь плохо. Впрочем, не думаю, чтобы наших архистратигов это сильно расстроило. Ну исчезли, ну… На войне как на войне. Ежели кто и огорчится, то разве либералы какие-нибудь недобитые. Армии-то чего горевать?.. Ещё призовут.
А с другой стороны… Ну разорвут кубовладельцы контракт, а дальше? Наверняка опять разошлют сообщения: арендую, мол, кубический метр пространства, прилегающий… Хорошо, если где-нибудь у нас арендуют, а ну как в Америке? Или в Сахаре! Прощай, навар…
Да и само возвращение воинских частей тоже теперь, знаете ли, чревато… Тайное станет явным, непрозрачное – прозрачным. А так все концы в воду – то бишь в непроницаемый для оптики куб…
– Ну… если мы больше не нужны… – удачно поймала момент Машка.
– Да-да… – в задумчивости отозвался генерал. – Конечно…
И мы задохнулись от счастья… Нет, от счастья – позже. А тогда – всего лишь от забрезжившей надежды.
И надежда, как ни странно, сбылась.
Выписали нам пропуска, ещё раз напомнили о неразглашении и отпустили с Богом по домам, предупредив, что можем понадобиться в любой момент. Не следовало бы мне, конечно, садиться за руль в таком состоянии (бутылка коньяка на троих – доза серьёзная), но, если верить служивым, гаишников я теперь мог смело посылать куда подальше. Ксиву только предъяви – и посылай.
Не знаю, как насчёт ГАИ, но, пока выползали из зоны оцепления, ребята в касках тормозили нас на каждом кордоне, каковых теперь в обезлюдевшем посёлке насчитывалось ровно три, – и каждый раз сердце у меня обрывалось: вдруг вернут!
Ничего, обошлось.
– Слава те господи, – выдохнул испереживавшийся Макарка, стоило мне вырулить на шоссе. – Выбрались…
– Ты уверен? – жёлчно спросил я. – Знаешь что? Выйди-ка в Сеть, посмотри силовые единоборства…
– Это ещё зачем?
– Боксёры с ринга не пропадали?
– Так они ж… понарошку дерутся!
– Ну, это, знаешь, кто как…
– И без оружия!
– Вот именно…
Вышел Макарка в Сеть, посмотрел. Ни одного случая исчезновения. Значит, если, избави бог, окажешься крайним, то защиты по-прежнему никакой. Не угрожая ничем огнестрельным, возьмут голыми руками под локотки – и в камеру предварительного заключения. Что, интересно, пришьют?
Да всё, что хочешь! Я – Макаркин шофёр, стало быть соучастник. Акция, направленная на подрыв нашей обороноспособности, – раз. Хищение оружия, людей и боеприпасов – два. Контакты с коррупционером Водолагой – три. А там, глядишь, и четыре набежит, и пять, и шесть, и семь…
Машка о чём-то меня спросила.
– А?.. – отозвался я.
– Я говорю: «ракушку» свою ты тоже продал?
– Нет.
– Тогда высади нас возле Макарки, а машина пусть у тебя в «ракушке» заночует…
Навстречу нам по шоссе шла кавалькада чёрных правительственных лимузинов. Впереди истерически мигал и голосил полицейский «мерс». Я от греха подальше свернул на обочину.
«Ракушка» была куплена на вырост – во дни относительного благополучия, когда я ещё мечтал о внедорожнике, так что места для белого «ауди» в оцинкованном пенале оказалось более чем достаточно.
Замкнул гараж, пересёк двор, вошёл в подъезд, вызвал лифт – и всё это на автопилоте. Прикидывал, что я сейчас буду плести жене (как-никак целый день болтался неизвестно где, к обеду не явился). А подписка о неразглашении – вещь серьёзная, сами понимаете…
Значит так… Макарка (ну, ты его помнишь) разбогател (нет, я не выспрашивал: то ли наследство получил, то ли женился) и предложил мне поработать у него шофёром. Ну а что? За двадцать штук в месяц… При наших-то финансах!.. Вот. Свозил я его на дачу – он там сейчас хоромы, буржуин, возводит. Почему не позвонил, не сказал? Н-ну… решил сюрприз преподнести… Стоп! Да что ж я вру-то? Хотел позвонить, просто деньги на счету кончились…
Стоило открыть дверь, заплаканная супруга кинулась мне на шею:
– Господи! Отпустили?!
– Э-э… – промямлил я, пытаясь высвободиться из объятий. – Что значит «отпустили»? Откуда?…
– Откуда я знаю, откуда! Из контрразведки из какой-нибудь… Чуть с ума не сошла! Всё уже передумала… – Сквозь стремительно просыхающие слёзы на меня уставились исполненные радостного любопытства глаза. – Ну?.. – с замиранием спросила она. – Что там?
– Где?
– На участке!
– С чем?
– С кубом!
– Так… – Я взялся за виски и попытался сосредоточиться. – Позволь… А собственно, с чего…
– Что «с чего»?
– С чего ты решила…
– Да тебя уже третий раз по телевизору показывают! Как вы там этот самый куб протирали… Ненормальные! А вдруг радиация? Сидят протирают! Ты, Макарка с женой… и этот ещё… ну, доброволец…
– Какой доброволец?!
– Ну этот… полковник какой-то! К ордену его представляют! Ну тот… который в куб добровольно отправился…
