Чайник запел на кухне свою бурную песню, и мы сразу почувствовали, что так еще и не позавтракали толком, а времени было уже немало. Даже московского.
<p><strong>Дискуссия</strong></p>… Мы расставим по квартирам аппаратики, избавляющие нас от труда. Отныне человек имеет возможность три раза в день, протянув руку к кнопке, получить завтрак, обед и ужин… Труд превратил обезьяну в человека, безделье превратит человека в обезьяну…
Г. ГуревичДубликатор может принести людям только несчастье.
А. АзимовСели к столу. Чтобы не запутаться, решили вести протокол. Плюс к тому задействовали магнитофон, поубивавшись дружно, как только не догадались сделать этого раньше, положили рядом горку «свежеиспеченных» кассет. Альтер заварил кофе в крохотном джезвейчике на одну чашку и принес его на размножение.
— Погоди, — сказал я, — сподоблюсь еще на один подвиг. Нужное дело.
И я попросил сибр хранить информацию в виде гештальта сколь угодно долгое время вплоть до поступления новой информации. Боль не замедлила ввинтиться в голову, и сомнений насчет ее причин не осталось. Это вызвало злобу, перешедшую постепенно в неистовую потребность сражаться, действовать, руководить.
А в сибре, который мы повернули гивером к столу, стоял джезвей с дымящимся кофе, и странно было смотреть на застывшие, будто на фотографии, струйки пара над черной поверхностью жидкости. Мы нажимали кнопку «РАБОТА», вынимали готовую порцию, а гештельт оставался, и это было настоящее чудо.
Протокол дискуссии
Итак, возможны две точки зрения. Первая – как можно скорее передать сибр властям и специалистам. И вторая – как можно дольше держать его у себя. В рамках этой альтернативы я и предлагаю обсудить наши проблемы.
Альтер. Ну, на самом-то деле вариантов больше. Четыре, как минимум. Можно держать сибр у себя не как можно дольше, а бесконечно долго, всегда – вариант абсолютной автономии нашей группы.
Виктор. Это невозможно. Это окончится трагедией. Нас просто прихлопнут. Ты соображаешь?
Альтер. Минутку. Есть еще четвертый вариант. Единственный, кстати, который ни в каком случае трагедией окончиться не может. Полное и окончательное уничтожение сибров.
Виктор. Что?!
Альтер. Спокойно. Это всего лишь гипотеза.
Ленка. Глупая гипотеза. Да и посмотрела бы я на тебя, как ты будешь их уничтожать!
Альтер. Да как угодно. Было бы желание, а способ найдется.
Виктор. Не знаю, не знаю… Уничтожить сибр – разумеется, не проблема. Кнопка «РОСТ-» – и пожалуйста, вместо сибра оранжевая горошина. А вот уничтожить оранжит – тут я пас.
Алена. А зачем понимать так буквально? Можно ведь закопать, утопить…
Альтер. Э, нет! Это все поступки обратимые. Кто-нибудь когда-нибудь вновь найдет Апельсин.
Алена. Чушь собачья! Кто найдет оранжевую горошину на дне моря, в болоте или в жерле потухшего вулкана?
Альтер. Никто, если это просто горошина, а если это оранжит… Кто знает, как он поведет себя. Может быть, это не я нашел Апельсин, а Апельсин нашел меня.
Виктор. Не тебя, а меня.
