Внутренняя часть арены выглядела на удивление современно. Под высокими трибунами обнаружилась целая система подсобных помещений, часть которых очень быстро удалось приспособить под пресс-центр и студию, вполне пригодную для организации прямого вещания. Повозиться пришлось лишь с установкой камер над непосредственным полем битвы. Купола над центральной площадкой не было, от зрительских рядов её отгораживала лишь каменная стена высотой не больше пары метров. По стене, на манер колючей проволоки, вились замысловато переплетённые кованые ленты. Впервые увидев их, Виктор подумал, что это лишь эстетичная защита от не в меру ретивых зрителей, но узор оказался сложной энергетической системой с множеством функций. В частности, именно он позволял при необходимости заблокировать использование магии на арене.
Джина с сомнением рассматривала змеящиеся по стене кованые извивы. На центральной площадке арены дуэлянты стояли вдвоём: чтобы не попасть под действие блокировки, Ванда и Скай остались по другую сторону стены и наблюдали за происходящим через распахнутые ворота.
— Ну давайте попробуем, — наконец решилась Джин.
Виктор махнул рукой, давая команду техникам.
Колдунья нервничала. После недавней уверенности, ироничных улыбок и игривого кокетства это было особенно заметно. Если она действительно так сильна, расставаться с привычной магией даже на короткое время, наверное, тяжело… Или наоборот? Как мало он всё-таки знает…
Додумать Виктор не успел. Кованый узор налился холодным светом, электрически затрещал, и в тот же момент Джина пугающе побледнела. Взгляд её, только что внимательный и сосредоточенный, расфокусировался. Казалось, колдунья вот-вот потеряет сознание. Скай рванулся вперёд, но девушка уловила его движение и протестующе вскинула руку. Оружейник застыл у самых ворот, готовый в любой момент воспротивиться молчаливой просьбе. Дуэлянтка тяжело оперлась на руку будущего соперника, и он почувствовал, что девушка дрожит.
Джина глубоко вздохнула, тряхнула головой, выпрямилась и решительно отпустила локоть Виктора.
— Неприятный эффект, — натянуто улыбнулась колдунья. Дёрнула плечами, будто сбрасывая остатки слабости, обвела взглядом ровно светящийся магический узор, постояла в задумчивости, прислушиваясь к собственным ощущениям, и подвела итог: — Непривычно. Но если вы не убьёте меня в первые несколько секунд, мы, пожалуй, сможем сразиться на равных.
На некогда центральную, а теперь — единственную площадь Белоомута выходили молча. Всё было решено, формальности улажены, документы подписаны, а милой светской беседы на отвлечённые темы как-то не получалось. Уже садясь в машину и наблюдая, как Скай предупредительно открывает дверцу перед Джин, Виктор вспомнил о ещё одной важной детали.
— Мы ведь не согласовали дату!
Джин вскинула на него удивлённый взгляд и тут же смущённо улыбнулась.
— И правда. Я совсем забыла спросить. Но мне подойдёт любая, так что назначайте как вам удобно.
На самом деле дата уже была выбрана и утверждена Рамухом Шу, у которого на использование арены были свои планы. Но формальное согласие второго дуэлянта всё-таки требовалось.
— Мы планировали провести поединок пятнадцатого октября, — сообщил Виктор, надеясь, что возражений не последует. — Не слишком далеко, но и время на подготовку всё-таки будет. Как вам такая дата?
Джин на секунду нахмурилась и, как показалось журналисту, чуть сильнее сжала руку Ская. Но ответила равнодушно:
— Не хуже любой другой. Давайте на ней и остановимся.
Эш был бледен и молчал, напряжённо сжав губы и глядя на Виктора почти с ненавистью. Можно было подумать, что он прямо сейчас набросится на журналиста и одним движением загубит готовящееся шоу. И собственную жизнь заодно. Джин осторожно положила ладонь на его сжатые в замок руки.
Не теряй своего хвалёного самообладания, оружейник. Немного осталось.
Всю дорогу до Зимогорья никто не проронил ни слова. Казалось, эта встреча отняла у дуэлянтов и их самоназначенных секундантов слишком много сил, и теперь общая усталость разлилась по салону автомобиля. Ванда нервно сжимала руль, так что яркие ногти впивались в кожаную обшивку. Виктор наконец перестал разглядывать соперницу и просто задумчиво смотрел в окно. Опустив голову на плечо Эша, Джин притворилась спящей. И даже попыталась безмятежно улыбнуться. Маски — очень неудобная вещь, но если уж надел — не снимай до конца представления. Иначе магия разрушится.
— Как можно носить это постоянно и не заработать инвалидность?
Едва переступив порог, Джин скинула туфли, босиком прошла в гостиную и, привычно устроившись на диване, принялась разминать уставшие пальцы. Вопрос был риторическим, но, не дождавшись ответа, колдунья всё-таки подняла на оружейника удивлённый взгляд. И тут же забыла о боли в ногах.
Эш замер посреди комнаты. Ярость, с которой он сверлил взглядом иномирского журналиста, ушла. А вот неестественная бледность никуда не делась.
— Что с тобой? — Джин подошла ближе, обеспокоенно коснулась его лба. — Арена всё-таки нарушает связку? Я не почувствовала…