Не то чтобы Скай говорил громко, но торопливое «Мы согласны» Ванды обесценил легко.
— Это не соответствует изначально заявленным условиям поединка.
Джина трогательно обвила руками его плечо, снизу вверх посмотрела в глаза.
— Ты что, совсем в меня не веришь?
— Джин… — Оружейник накрыл рукой её ладонь. — Не надо.
Виктор наблюдал с молчаливым любопытством. Скай выглядел как человек, привыкший командовать, но вынужденный просить. Причём без особой надежды на подчинение. А эта девочка не так проста, как показалось сначала…
Оставив просьбу без ответа, дуэлянтка обернулась к будущему противнику.
— Что скажете, Виктор?
— Ваше предложение очень заманчиво, — признал журналист. — Боюсь, мне не хватит благородства, чтобы отказаться. — Кажется, Ванда рядом облегчённо вздохнула. — Но, думаю, будет справедливо, если выбор оружия останется за вами.
Джин улыбнулась, по-детски радостно сверкнула глазами.
— Спасибо, Виктор. — Она на секунду задумалась. — Как вы относитесь к фехтованию?
К фехтованию Виктор относился не то чтобы хорошо, но куда лучше, чем, например, к стрельбе.
«Судьба», — думал он, вспоминая студенческую практику, статью о выпускниках спортшколы и несколько уроков, взятых тогда из чистого любопытства. Если ещё немного потренироваться, он, пожалуй, не ударит в грязь лицом. Да и эффектное зрелище будет обеспечено: дуэль на шпагах, подумать только!
— Оружие мы предоставим, — торопливо заявила Ванда, похоже, не слишком верившая в откровенность милашки Джин.
— Неужели вы думаете, что у главного оружейника Зимогорского музея не найдётся приличной шпаги? — Казалось, сама мысль об этом оскорбляла Ская до глубины души. А он не был похож на человека, которого можно безнаказанно оскорбить. — Двух шпаг, — добавил оружейник, смерив Виктора холодным взглядом.
Ванда поджала губы.
— Хорошо, — процедила она через несколько секунд. — Если вы и правда готовы отказаться от использования магии, то, наверное, не будете возражать против временной блокировки поля? Устройство арены позволяет наложить определённые ограничения, чтобы ни у кого не было соблазна нарушить уговор.
Джина задумалась. Бессознательно накрутила на палец выбившийся из причёски локон. Кивнула.
— Это справедливо. Но, если можно, я хотела бы испробовать этот механизм до дуэли. Убедиться, что сам по себе он безопасен.
— Конечно, — заявил Виктор, не дав продюсеру вставить слова. — Мы в любое время можем съездить в Белоомут. В принципе, хоть сегодня: мы с Вандой всё равно собирались осмотреть арену.
Красный автомобиль нёсся по свежепроложенной дороге, стремительно приближаясь к месту грядущего поединка. Виктор сидел по правую руку от Ванды и в зеркало заднего вида тайком наблюдал за соперницей.
Джина нравилась ему всё больше. Едва ли она была самой красивой девушкой, что он когда-либо видел. Та же Ванда, если говорить откровенно, выглядела куда эффектнее. Но юная дуэлянтка поражала воображение загадочным сочетанием беззаботной лёгкости, кокетства и решительной твёрдости. Джина вела какую-то свою, неведомую Виктору игру, и журналист отчётливо понимал, что на протяжении всей встречи подчиняется чужим правилам. Вот только это почему-то ничуть не смущало. Ему было любопытно. И даже если, согласившись на предложенные соперницей условия, он подписал себе смертный приговор, возможность приблизиться к разгадке тайны Джин того стоила.
Стремительный роман? Звучит заманчиво… Правда, в этом случае хорошо бы обоим остаться в живых…
— Что-то не так, Виктор?
Джина как будто почувствовала его взгляд.
— Всё в порядке, — заверил журналист. — Просто, если честно, я предпочёл бы сразиться на дуэли с вашим секундантом. Мне кажется, это было бы как-то… правильнее, что ли.
Она приблизилась к его сиденью и прошептала, обдавая ухо и щёку горячим дыханием:
— Поверьте, мой секундант тоже предпочёл бы такой вариант. Но он ни в чём не может мне отказать.
Журналист фыркнул.
— И я его прекрасно понимаю.
— О, вы, оказывается, умеете искренне улыбаться! — Это открытие привело Джину в восторг, и она с крайне довольным видом откинулась на спинку сиденья.
Мнимо равнодушный взгляд Ская по-прежнему действовал не слабее приставленного к голове пистолета. Виктор непроизвольно потёр висок. Впрочем, ничуть не удивительно, что оружейник видит врага в человеке, с которым откровенно флиртует его девушка (а кем ещё ему может приходиться Джин?). Эта мысль неожиданно придала уверенности. Виктор расправил затёкшие от невольного напряжения плечи и, отбросив мрачные ассоциации, посмотрел вперёд — на выступающие из-за деревьев башни Белоомута.