Дмитрий встретил иронично-насмешливый понимающий взгляд Дианы и понял, что она чувствует то же, что и он. На душе стало спокойно и тепло. Волнение почти улеглось. Высоко в небесах кто-то связал два эмоционально-информационных канала — его и Дианы — и послал им сверху свою улыбку. И оба почувствовали это. Остальное теперь было уже неважно: работа, условия быта, обстановка, окружение, чьи-то желания и мечты, попытки, связи и намерения. Оставались лишь условности социальной сферы, которые надо было преодолевать осторожно, не спеша.
— Я не возражаю, — сказал он.
— Я тоже, — кивнула Диана.
И мостик понимания между ними стал более ощутимым.
Официант принес заказанные блюда, разлил по бокалам шампанское, открыл бутылку вина — херес «Гонзалес Биас» розлива тысяча девятьсот четвертого года. Такое вино стоило немало, и Дмитрий снова подумал о спонсоре, оплатившем столик.
— За что пьем? — поднял он свой бокал с шампанским.
— За встречу, — провозгласила Люся, кидая на Дмитрия откровенно призывный взгляд.
— За победу, — добавила Диана, имея в виду что-то свое.
«За нашу победу», — хотел добавить Дмитрий, однако не решился.
Они выпили. Женщины принялись поглощать закуски, вспоминать какие-то свои дела. Дмитрий взялся за жульен, чувствуя легкое эйфорическое головокружение от выпитого вина. Люся заметила его состояние, подмигнула компаньонше и подруге.
— Что-то наш чемпион заскучал. Дима, не расскажете, чем вы занимаетесь в своей Школе? Вы… то есть ты инструктор по какому виду спорта? Или по боевым искусствам?
— Спортом или чисто боевым искусством назвать мои занятия нельзя, — сказал Дмитрий. — Я преподаю систему так называемого целостного движения «Белояр», боевые искусства входят в эту систему как органичная часть целого.
— Что такое «Белояр»?
— «Белояр», в свою очередь, является частью более общей и более мощной системы под названием
— Как интересно! — воскликнула Люся. — Ты так грамотно все объясняешь… А пример привести можешь? Или показать на практике?
— Сейчас он покажет, — раздался мрачный угрожающий голос, и у столика появились трое молодых людей специфической внешности. Двое были крупногабаритными, с короткими стрижками, в том числе уже знакомый Дмитрию качок по кличке Мамонт. Третьим оказался Симон Калабриади. Они обступили Дмитрия со всех сторон, и хищноносый Симон продолжил:
— Ну, так что ты собирался показать дамам, чемпион?
— Демонстрирую, — спокойно обратился к Люсе Дмитрий.
В следующее мгновение он соскользнул со стула и очутился за спинами троих мордоворотов в черных костюмах, выхватил у Мамонта из-под мышки пистолет, вынул обойму, вставил обратно и всунул пистолет обратно в кобуру под мышкой.
Все это произошло так быстро, что никто не успел даже глазом моргнуть. И лишь когда пистолет оказался на месте, вытаращивший глаза бугай лапнул его мясистой дланью.
— Теперь я хоть знаю, с чем вы ходите, — простодушно сказал Дмитрий, перевел взгляд на Люсю. — Вот это и называется «целостным многовекторным движением с заполнением пространственно-временных ниш и голографической взаимовложенностью модулей спирально-закрученных процессов».
— Браво! — захлопала в ладоши Люся. — Ты великолепен!
Диана засмеялась.
— Ну, козел!.. — двинулся к Дмитрию ошарашенный Мамонт и остановился, замолкнув. Во рту его торчал бокал, донышко которого держал Дмитрий.
— Не двигайся, малыш, — сказал Булавин ровным голосом, — иначе он окажется у тебя в пищеводе, а я не уверен, что твой желудок способен переваривать стекло. — Дмитрий повернул голову к Симону, взявшемуся за рукоять своего пистолета под мышкой. — Еще одно движение, господин Калабриади, и я возьмусь за вас всерьез.
В глазах сынка бизнесмена всплыло сомнение.
— Уходите отсюда, Симон! — твердо, с нотками брезгливости проговорила Диана. — Я уже говорила, что не нуждаюсь в вашей опеке.
— Хорошо, мы уйдем, — согласился Симон, делая знак своим дружкам отойти. — Но с этим твоим новым кавалером мы поговорим в другом месте. Я такого обращения не прощаю никому.
Дмитрий вынул изо рта бугая бокал, поставил на стол.
— Я т-тебя, к-курва, вые!.. — прошипел Мамонт.
Хлестко прозвучала пощечина, заглушая последнее слово. Затем Дмитрий особым приемом перехватил руку мордоворота, завел за спину и повел к выходу через зал. Второй приятель Симона бросился к нему на выручку, но перед ним вдруг выросли трое парней во главе с Платовым, и начать драку он не рискнул. Дмитрий отпустил Мамонта, подождал, пока троица удалится из зала, провожаемая взглядами ошеломленных гостей ресторана, хлопнул Платова по плечу.
— Спасибо, Женя. Я бы и сам с ними справился, но лучше до драки ситуацию не доводить.
— Может, тебя проводить? Симон — злобная злопамятная мразь, он не отстанет.
— Не беспокойся, все будет нормально.
