Прижал Маргошку к себе еще сильнее. И о чем она только думала, выскакивая к нему в этом тонком халатике в разгар ночи? Сумасшедшая. Или это он сумасшедший? Неважно. Длинные пряди светлых волос пропускает через пальцы. Мягкие и почему-то всегда пахнут яблоком. То ли шампунь, то ли просто ее запах?
Где-то в отдалении послышался звон. Они что, разбили тарелки? К черту, сейчас это неважно. Только подумал о том, чтобы девчонка не порезалась. Подхватил на руки, не отрываясь от ее губ. Черт, еще ни один поцелуй не будил в нем таких эмоций. Его. Без сомнения, его.
Знакомая спальня, ага, значит, не ошибся. Еще не хватало притащить ее в комнату к Антону. Вряд ли приятель это одобрит. Закрыл дверь, чтобы чудовище не пробралось. Все, теперь им никто не помешает… Никто…
Тонкое шелковое издевательство безжалостно сброшено на пол, обнажая плечи. Поцелуи, еще поцелуй. Его руки касаются мягкой, нежной кожи, ласково, боясь оставить следы. Маргошка времени даром тоже не теряет. Сквозь тонкую ткань рубашки Глеб чувствует, как острые ноготки впиваются в плечи.
А Марго тонет. Тонет в радужных волнах эмоций, в своих ощущениях. И даже не соображает, что расстегивает рубашку Глеба, швыряет на пол, к халату. Под его напором невольно попятилась к кровати, споткнулась о ее край, упала на нее и расхохоталась. Зеленые глаза всего в нескольких сантиметрах от нее смотрят с удивительной нежностью и еще чем-то во взгляде.
- Маргошик, ничего не бойся, хорошо? – хриплый шепот и легкое прикосновение, убирающее с лица пряди.
- Я тебе верю, - она подалась вперед и поцеловала. Ни тени сомнения. Только он. Парень с ее рисунков. Тонкие пальцы изучают широкие плечи, проводят ладонями по груди. Она не боится. Совсем. Слегка укусила его за шею, поймала судорожный вздох. Его руки же, казалось, были везде. На бедрах, на груди, на животе, порождали жар где-то внутри. Жар, который требовал выхода. Она даже не заметила, в какой момент оказалась отброшена и сорочка. И не осталось никаких преград. Прикосновения обнаженной кожи будто разряды тока. Маргарита словно ускользала в небытие, а он был единственным якорем, который удерживал ее в реальности. Только он.
- Маргошик, - хриплый шепот и еще один поцелуй. – Открой глаза. Хочу их видеть.
Послушалась, хотя и далось ей с трудом. Так близко, что ближе уже некуда. Еще один жаркий поцелуй и фейерверк ярких красок. Жаркая волна словно вышла из берегов. Без контроля. Без мыслей. Лишь она и он, этот сумасшедший мужчина, чьи пальцы сейчас переплелись с ее. Ее первый мужчина.
- Глеб, - еле слышное, на выдохе.
- Катастрофа моя, - еще один поцелуй, нежный, бережный, он говорил куда больше, чем сами словами. – Все хорошо?
В ответ затуманенный взгляд и абсолютно отсутствующая, счастливая улыбка удовлетворенной женщины:
- Все идеально.
Человек состоит не из нескольких литров крови, воды и еще какой-то ерунды. Нет. Он состоит из эмоций, красок. И сейчас она была напитана ими под завязку, как налитый до краев бокал шампанского, чьи брызги с тихим шипением взлетали в воздух. Тысячи оттенков вплелись в одно мгновение. В одного человека. Который стал ее радужным миром. Миром эмоций.
Не спали они еще долго. Сначала наслаждались каждым мгновением, каждым прикосновением, а потом негромко разговаривали обо всем на свете лежа на спутанных простынях. И не было никакого смущения, словно обнимающие ее руки и его обнаженная грудь под щекой – правильно. Краски схлынули, слегка потухли, но осталось нежность. Уверенность в завтрашнем дне. И странное, немного непривычное ощущение надежности.
Маргарита и не заметила, как задремала, уже ближе к утру. Даже во сне ее окружало тепло. Та самая атмосфера комфорта, словно она находилась в самой середине своего персонального солнца, которое грело, заливало все вокруг солнечным цветом, берегло, но не обжигало. Даже не хотелось просыпаться.
Глеб не спал. Смотрел на умиротворенное лицо девушки, перебирал золотистые пряди и пытался сообразить, как ему теперь все это удержать, не напортачить. Произошедшее многое для него открыло, но и многое усложнило. Впрочем, иногда стоит последовать совету неугомонной Скарлет О'Хара и подумать обо всем завтра. Вдруг все разрешится само собой? Усталость и слишком эмоциональный день взяли свое, и парень провалился в сон.
Глава 38
Разбудили Маргариту голоса. Кажется, кто-то ссорился. Она лениво потянулась, не желая открывать глаза. Прохладный воздух коснулся обнаженной кожи и подействовал лучше всякого будильника. Рита подскочила на кровати, вспомнив все события вчерашнего дня. Кажется, только что ей было холодно? От смущения мгновенно стало жарко.
