- Сейчас только одно, - продолжала муза. - Безумный кентавр мчится по улицам Посейдониса. Давит Настоящих и, возможно, машин, всех, кто попадается на его пути. Просим жителей города без особой надобности на улицу не выходить, особенно по Второму Радиусу.
- Что ж это такое? - Касс смотрела на Лона серьезно, в глазах ее светился страх. - Надо же узнать поподробнее...
- Как насчет небольшой тренировки? - тут же предложил тот.
- Я боюсь. - быстро отказалась она. - Вдруг он там еще кого-нибудь убьет, я же заболею, если увижу... Может, ты?
- Я слишком недавно из транса. - Лон покачал головой. - Еще не отошел.
- Боюсь, боюсь, боюсь, - скороговоркой протараторила Касс. - Если увижу, что он кого-нибудь убивает, я тут же лягу рядом и умру.
- Одно из двух, - резонно заметил Лон. - Ты отучаешь себя от своих дурацких привычек, или я отказываюсь с тобой работать. Это все твое воображение, не забывай: ты же будешь в трансе. История, между прочим, куда ни всматривайся, хоть вперед, хоть назад, сплошная кровь.
Он криво усмехнулся и закончил: - На то мы и люди, чтобы кровь лить. Или встраивать вот такие милые ошибки в программы машин. А если еще ошибки? А если они все взбесятся? Ты представляешь, что будет, если все машины взбесятся одновременно? Хотя... - Лон поджал губы: - Как ни крути, всё равно - конец. Ладно, работай, всматривайся, узнавай истину, оракул.
- Значит, я вообще, в принципе не гожусь в оракулы...
- Глупости. Даже машины способны видеть. А уж Настоящий, тем более, ты... Ведь ты Прекрасная Дева, у тебя кровь фосфоресцирует от чистоты: тренируйся себе - и все придёт.
- Причем тут моя кровь... - девушка все еще пыталась отвертеться, не хотелось ей вот так, ни с того ни с сего, заглядывать в душу какому-то кентавру.
- При том. Хватит спорить. Ложись. - приказал он. - Ты же меня знаешь, все равно не отстану.
Да, она знала. Молча, уже без сопротивлений, Касс покорно легла на спину. Медленно устроилась поудобнее, вытянула ноги, вытянула руки вдоль туловища и закрыла глаза.
- Вдох, - командовал Лон. - Глубокий вдох, долгий выдох... Освобождайтесь от телесных уз, Прекрасная Дева. Однако, мне все труднее становится себя контролировать, когда ты так лежишь передо мной... Вдох... Выдох... Ты спускаешься с Парнаса... Площадь Творцов... Сзади у тебя храм Клейто, впереди храм Посейдона, а за ним - дорога на Олимп, где-то там, на вершине возвышается Эдем... Определились? Теперь поворот направо... И налево... Вперед, вперед, по радиусу Второго Аквариума, от центра к каналам... Вдох... Выдох... Вдох.... Выдох...
Цок-цок-цок. Быстрой дробью по плитам мозаики стучат копыта. По пустой сумеречной улице несется кентавр. Он еще молод, но в карих чуть продолговатых глазах застыло страдание. Да, он еще молод и силен, но безмерно устал: ведь кентавр бежит от самого Аквариума, то есть с берега внутреннего канала, а вокруг уже пошли пределы города. Беглец не преследует определенных целей, не знает, куда направляется и зачем, не представляет, что ждет его в городе. То есть, догадывается, конечно, что ничего хорошего, но продолжает движение, скорее всего, по инерции. Да и куда двинешься с берега острова, если не в середину?
- Эй ты, машина, куда торопишься?
Всего-навсего двое. Опять двое.
- Угомонись, не то растеряешь копыта на такой скорости!
Не надо больше крови: разве они виноваты в его несчастьях.
А, впрочем, кто знает? Ведь они - Настоящие... Может, именно те самые, что и перестроили его генетику... Перекромсали, переломали всю жизнь... Ах, если бы они унялись, замолчали, перестали искушать...
- Поставили на тебя, что ли?
Нарочно они? Вот пристали. Пьяны? Соскучились в поиске жертвы? Неужто обязательно сейчас насмехаться над ним? Сейчас, когда взвинчены нервы... Да-да, и у машин должны быть нервы, иначе не были бы так обострены чувства... Ах, как трудно удержаться... Все труднее и труднее сдерживаться... Нет, не надо больше крови, хотя сладок ее запах, когда мстишь Настоящим...
- Да продали твою подружку! На ипподроме она давно.
Все. Это чересчур. Сами виноваты. Во всем виноваты проклятые Настоящие.
- Заткнись, - коротко выдохнул кентавр. Он остановился так резко, что копыта заскрипели о мозаику улицы..
Касс затрепетала в страшном предчувствии.
Насмешники даже немного протрезвели от растерянности.
- Что? - пролепетал один из них.
- Ты меня слышал, - коротко проржал кентавр.
- Машина позволяет себе хамить Настоящему!
Они, возможно, готовы были бы и отступить, но кентавр ударил копытом мозаику мостовой.
- Я не машина!
Нет, они все еще не поняли.
- Уходите, убегайте, спасайтесь! - мысленно орала Касс. Ах, если бы только они могли ее слышать!
- Нектар слишком крепкий попался, что ли?
Один из них недоуменно потер ладонь, лоб.
- Бред. Машина не может рассердиться, - вспомнил второй.
- Я покажу вам рассерженную машину!
Кентавр с силой, будто это дорога была во всем виновата, снова ударил копытом. Потом прыгнул вперед.
После этого прыжка уже никаких сомнений.
Запах крови - запах мести.