- Вот так! Видала? - раздался довольный собой голос Лона. - Как я их! Даже заржать не успели! Это вам не девчонок насиловать, беззащитных.
Касс, не ответив, стала выруливать вверх: никогда не охотившейся, ей даже в голову ей не приходило заводить оружие в аэробиле.
На площадке перед дворцом атланта номер один царила суета. Но не беспечная, не праздничная сутолока приема: деловитая напряженность, решимость, граничившая со страхом взволнованность.
Прекрасную Деву больше всего поразила скорость, с которой совершенно переменился общий настрой. За один день прирожденная, казалось бы, леность Настоящих исчезла, уступив место стремительности не только в движениях, но и в разговоре, во взглядах, в обличье, во всей ауре толпы.
Развевавшиеся яркие одежды сменились облегавшими тела комбинезонами для охоты и путешествий: серебристыми, золотистыми, телесного цвета, с лазерами на поясах. Легкомысленные прически превратились в гладкие, со строгими узлами на затылках.
Исчез кокетливый блеск в глазах, общее выражение стало озабоченным, серьезным. При этом почему-то не оставляло странное впечатление того, что всем вокруг даже нравилось происходившее... Из-за новизны, нетривиальности?
- У папашки лазерок - видимо-невидимо! - вместо приветствия выпалила подскочившая Фина. Она не скрывала восторга. - Он всем дает, кому нужно.
Касс с изумлением осмотрела дочь Зева и Эры.
Мало, что осталось в Фине от неуверенной в себе, неудавшейся Прекраснейшей. "О, Творцы, как давно это было!", - подумала Касс.
Истеричка по странному волшебству преобразилась в настоящую воительницу: на талии - лазер, на бедре - миниатюрный виз в форме небольшого зеркальца, на другом бедре - плоский экран защиты, тоже в виде зеркала. Свои крупные золотые кудри девушка перетянула серебристой, под цвет комбинезона и сапожек, полукруглой эгидой.
- Ненавижу кентавров, - сообщила Фина. - Я уже пять штук уничтожила, а гномов и эльфов - без счету.
Глаза ее возбужденно горели, она делилась впечатлениями заговорщицким тоном: - Знаешь, ужасно здорово: летишь, а внизу - машина. Ты опускаешься пониже и - шарах ее из лазерки. Что бы это ни было, кентавр, гном, сатир, - всхлипнуть не успеет: сначала...
Голос Фины стал тише и значительнее, говорила она медленно, смакуя каждое слово: - Сначала появляется небольшая дырочка, потом дырочка растет, растет, ОНО оплавляется, сникает, стекает, по краям, изнутри, глядишь - машины нет.
Касс почувствовала подхлынувшую к горлу тошноту.
- Молодец, - одобрительно сказал Лон. - Так их, мятежников.
- Мне бы братца Феста найти! - с угрозой протянула Фина. - Или дядюшку родного. Вот же подлец!
- Фадита уже здесь? - спросил Лон.
- Ни Фадиты, ни Эриды! - ответила Фина. В голосе ее почему-то прозвучал пафос, очевидно, тем фактом, что ни Фадиты, ни Эриды не встретила, она почему-то гордилась тоже. - И вообще, мы с Арсом и Эньюэ уже воюем вовсю, Артема тоже, Эрмс - за разведку, представляете? Стрелять не умеет, Артема взялась его обучить. Папашка, - в голосе ее отчётливо и, наверно, впервые за всю жизнь, чувствовалась гордость за отца: - Папашка за главного, мамашка с нами носится, ей неимоверно нравится палить в машин. Вообще - здорово! Мы - защита и гордость, вся надежда на нас, вы располагайтесь, мне некогда.
И, придав лицу деловитый вид, легко повернулась и убежала.
- Надо подключаться, - сделал вывод Лон.
Зачем Касс прилетела не к матери, а к Зеву, она уже сообразила: надеялась найти Уэшеми. Но теперь, именно после встречи с Финой, поняла, что допустила ошибку. Даже, пожалуй, не только потому, что представлялось нереальным встретить в этой сутолоке ни красивого поэта с непривычным для слуха атланта халдейским именем, ни его отца, свободного ученого Ноэла. Совсем по другой причине. Не могла она, Касс, разделить подъем Фины, не вписывалась со своим отвращением к крови ни в толпу гостей, ни в этот дворец, ни в глупую войну с собственными кентаврами.
Неужели происходившее и есть то, что Ноэл с Аполом предсказывали всего каких-нибудь три-четыре дня назад? Нет, это не могло быть то самое: ведь ученый говорил о катаклизме, а тут... Или это только начало? А вдруг, не приведи Творцы, Уэшеми погиб? Интуиция тихо подсказывала изнутри: он жив.
- Надо защищаться, - голос Лона звучал твердо. - Иначе они нас всех передавят своими копытами.
- Пусть уж лучше давят, - прошептала Касс. - Я убивать не намерена.
Лон не нашел, что ответить, а только изумленно уставился на нее, как будто не верил своим ушам.
- Я не могу выстрелить в человека из лазера, - выкрикнула Касс. В голосе ее, и она сама это услышала, прозвучало отчаянье. - Ты же прекрасно знаешь! Я даже в сеансе заболеваю от вида крови.
- Разве это люди? Ты видела, что они творят?
- Я все равно не могу. Не могу причинять вред. Не в силах лишать жизни.
- Это после всех моих уроков?
Взгляд Лона смягчился. На лице неожиданно появилась ласковая улыбка: - Дурочка ты моя.
Он потерся щекой о ее щеку и задумчиво кивнул: - Ну, что ж... Значит, вот в этом твоя гармония... Ладно, не надо: не женское это дело все равно...