Категории русской средневековой культуры полностью

Он служил при дворе князя Андрея Углицкого, в 1462 г. был звенигородским наместником. У Дмитрия Давыдовича было семь сыновей: Петр, бездетный, Яков, Григорий, Константин Владыка, Иван Голочел, Василий, Андрей Серко. У Якова — двое сыновей: Иван и Григорий Кляча. По писцовому описанию подмосковных вотчин (1542/1543 г.) между селом Митрополичьим и Супоневым, принадлежавших соответственно В.М. Тучкову и Ивану Сафарину, располагалось село Давыдово Ивана Яковлевича Морозова.

А.Г. Васильчиковой царь передавал также город Ростов, «под Москвой» — села Алешня, Болтино, Астанково; «в Ярославле» — владения князей Суцких: села Судки, Шулепово, Болонино, Мартемьяново, Борниское. Новое, Кривцово («что было княгини Аграфены Суцкого»)[304].

Аграфена была женой Ивана Федоровича Суцкого, который упоминается в разрядах один раз: в июне 1543 г. в Нижнем Новгороде в качестве воеводы. До нас дошла его духовная грамота 1545/1546 г.. в которой он передает села Судки, Шелепово, Мартыново (Мартемьяново?) и Болонино своим дочерям Орине и Федоре. В 1565 и 1570 гг. княгиня Аграфена Суцкая купила у Троице-Ссргиева монастыря деревни «до живота», после ее смерти эти купли должны были быть отданы монастырю «по душам» Ионы Федоровича Суцкого и кн. В.М. Глинского. В Юрьеве-Польском А.Г. Васильчиковой отдавались села «Городище Мстиславле, село Флолишсво, село Сенмское, село Елохово с деревнями».

Итак, в завещании Ивана Грозного видна модель отношений собственности. Русский сюзеренитет проявляется в семейном владении на основе права dominium directum. Обратим внимание, что для верховной власти «удел» — это часть семейного достояния. В этот семейный круг входят самые близкие родственники, имеющие права на наследование (дети, родные братья великого князя по отцовской линии, его жена). Любое владение, принадлежащее не члену правящей семьи — уже не удел (не «благословление»), а пожалованное владение (даже если владельца приходится называть «голдовником»). В реальной практике пожалованная вотчина — это владение, на которое распространяется верховное право распоряжения собственностью, принадлежащее как в целом великокняжеской семье, так и персонально государю. Словом, в завещании царя фиксируется удельно-вотчинная система как система разделенной семенной собственности с правом верховной власти в распоряжении всей территорией государства.

Как же и когда возникла эта система? Рассмотрим духовные грамоты московских великих князей в ретроспекции. Начнем с дошедшего до нас завещания Ивана III.

Духовная Ивана III была составлена после ноября 1503 г., так как кн. Иван Борисович Рузский завещал Ивану III Рузу, которою великий князь распоряжается в своем завещании. Поскольку первая жалованная грамота кн. Юрия Ивановича Дмитровского относится к апрелю 1504 г., можно предполагать, что духовная Ивана III была составлена в марте-апреле 1504 г.

В завещании Ивана III владения сыновей великого князя, удельных князей Юрия, Дмитрия, Семена, Андрея распределяются по одному клише. Можно выделить основные его моменты. Передаются: 1) дворы «внутри города» и село «на Москве»; 2) что-то «из московских сел»; 3) города и волости.

Юрию завещались: дворы «внутри города»; «московские села» Сушово и Лыткино; города — Дмитров, Звенигород, Кашин, Руза, Брянск, Серпейск.