Завтракали в молчании. Блюда с блинчиками – с мясом, с яйцом и луком и еще одно, отдельное – без начинок, перелетели на стол самостоятельно, без чьей-либо помощи. Следом приземлились (или пристолились?) розетки с брусничным вареньем, сгущенным молоком и шоколадным кремом, пара стильных треугольных тарелок – для Кати и Федора, две чашки кофе, две пиалы со сливками и последними – солонка, перечница, сахарница, молочник и салфетница. Сервировка вышла странной – не то ресторанной, не то домашней, и однозначно выбивалась из общей картины растопырившая ноги вареная курица.
Кот ел, к слову, без помощи вилки. Похоже, она нужна была ему исключительно для внушительности. А в курицу он вгрызался, как все кошки – наклонившись к тарелке и откусывая сразу пастью. Только косточками хрустел при этом, как пес, да еще скорость, с которой куриная тушка уменьшалась, казалась какой-то сверхъестественной.
Катя попыталась припомнить, знает ли она что-то о питании разумных животных, однако в памяти ничего не всплывало, и она махнула рукой. Во всяком случае, предлагать Трифону Леопольдовичу сухой корм из зоомагазина она бы не рискнула. Уж очень выразительным выходил этот хруст под напором кошачьих зубов.
Федор ел с видимым удовольствием, на глазах меняя расположение духа с озверелого на сыто-удовлетворенное. Пожалуй, поесть до согласования условий было действительно мудрым решением.
А стоило опустеть тарелкам и мискам, как вся грязная посуда взмыла в воздух.
– Ого! – Федор почти благодушным взглядом проследил за улетающим посудным клином. – Это они мыться?
– Ага, – Катя кивнула. – Эту функцию мы по умолчанию всегда ставим. Небольшое плетение на всю посуду в доме, и она самостоятельно подбирает подходящие комплекты для завтрака, обеда и ужина в зависимости от приготовленных блюд и количества едоков. А потом отправляется мыться.
– Полезная функция, – кивнул хозяин дома. – Но, надеюсь, говорящие вилки и советы от соусников мне не грозят?
– Ни в коем случае! По умолчанию в посуду мы закладываем только механические действия с заданным алгоритмом. Большинство заказчиков негативно относится к слишком самостоятельной посуде. Хотя бывают, конечно, варианты… помню, одна семья хотела, чтобы ложка сама говорила ребенку, что она за маму, за папу и за дедушку Аркадия. И еще была одна заказчица, которая хотела, чтобы посуда ограничивала ее в еде и помогала соблюдать диету. Ей тарелка так и говорила – хватит жр… ну, там разное было. С вариациями. Правда, я слышала, она потом всю одушевленную посуду подарила любимой подруге. Новую почему-то не стала заказывать. Наверное, уже достаточно похудела.
– Понятно, – мужчина мерил ее мрачным взглядом. – А с кроватью что? Не верю, что большинство заказчиков хотят, чтобы у нее было свое мнение!
– Так это же была часть индивидуальных пожеланий! – совесть Катина была совершенно чиста, а взгляд – ясен. – Вообще-то обычно просят одушевлять только детские кроватки. Ну, знаете, чтобы она сама младенца укачивала, баюкала, пела песенки и говорила “тшшшш”.
– А голос-то почему такой мерзкий?!
– Согласно нашим исследованиям, многие младенцы лучше всего реагируют именно на голос пожилого человека. Но вообще-то там вариативные настройки. Вы всегда можете их сменить. Неужели вам не понравилось?
О том, что глаза у нее большие, Катя знала отлично. Если их распахнуть и похлопать ресничками, вид получается самый что ни на есть невинный и честный. Правда, начинать с такого взгляда знакомство не стоит – потом бывает сложно убедить кого-то, что спецовку и перфоратор не у папы украла.
– Ну что вы! – а вот в голосе мужчины прямо-таки сочился яд. – Как мне могло не понравиться! Только, знаете, укачало слегка. До морской болезни.
Девушка укоризненно и с сожалением покачала головой.
– Вот поэтому, – она наставительно подняла палец, – так важно согласование настроек со всеми домочадцами. Мы бы с вами и голос выбрали, и амплитуду. Вот, кстати, был у меня, помнится, один заказчик-мужчина, который тоже попросил кровать одушевить. Голос пожелал женский, низкий, с придыханием, на потолке слайды, а кровать…
– Избавьте меня от подробностей! – Федор затряс головой, и Катя едва удержалась, чтобы не хихикнуть.
Хотя о том заказчике – тощем лысеющем коротышке с масленым взглядом – вспоминала обычно с содроганием. Он на свою чудо-кровать очень звал помочь тестировать. Ночь пришлось провести, забаррикадировавшись в фургончике, а на второй день умолять Карена срочно подменить ее на объекте. А потом еще и оправдываться перед Кареновой ревнивой супругой.
– Скажите, я верно понимаю, – подумалось, что все-таки пора вернуть переговоры в конструктивное русло, – что ведением хозяйства в вашем доме занимается преимущественно… эээ… Трифон Леопольдович?
Она указала жестом на кота и вздрогнула, бросив на него косой взгляд.
Кот сидел теперь, важно сложив лапы на столе перед собой. Салфетка вокруг его шеи исчезла. Вместо нее появился откуда-то клетчатый галстук-бабочка, а на носу – круглые очки.