Скромник не знал, как должен отреагировать его персонаж, поэтому поступил по зову сердца — и неуверенно протянул ладошку. Тётушка Мари улыбнулась.
— Пойдём. Хорошие детки всегда получают награду. А плохие — наказание…
Вентиляторы снова подняли ветер, который «унёс» Скромника и Рину из кадра. Сестры потерянно оглянулись.
— Это все ты виновата, чудовище, кто просил ее выгонять?!
— Твоя была идея!
— Как бы не так, меня вообще там не было!
— Неправда, это все папенька!
— Не смей так говорить про него!
Она сестра набросились на другую, та на третью, полетели во все стороны тряпки, волосы, а потом и блестящая бутафорная кровь…
— Стоп, снято!
Скромник выдохнул.
— Ты большой молодец, — прошептала Рина ему на ушко. — Я тобой горжусь.
Гном зарделся.
— И не смущайся — я говорю по фактам. Ты способен на всё, если захочешь. Попробуем в следующий раз роль побольше?
— Да, — кивнул Скромник. — Со словами.
— Конечно. С целой песенкой. На гармони, — подмигнула она.
Между съёмками обычно проходило около недели. После сказки Скромнику выдали приличную сумму, которую гном умудрился быстро потратить: купил бирюзовую толстовку и чёрные штаны, подходящий размер которых нашёл только в детском отделе, и готовые полноценные приёмы пищи на пять дней. Причём микроволновки у него не было и приходилось подогревать все на трубе, но Скромник радовался и такому улучшению уровня жизни. Взамен исписанной газеты он купил настоящий ежедневник и цветные ручки. Гному так не хватало цвета в сером и дождливом мире, что он старался раскрасить все возможное пространство вокруг себя в светлые, радостные тона.
«Я видел, как рабочие красили фасады зданий. Может, мне тоже покрасить здесь стены?»
«А может переехать? Чтобы не жить, как тролль в подземелье», — отвечал голос, извечный собеседник гнома.
«Не думаю, что за такую цену можно что-то снять».
«А ты у Риночки спроси, она своему золотому мигом найдёт жилище».
«Что? Я не хочу беспокоить её, и так она много для меня делает».
«А ты для неё разве нет?»
«Она… она переоценивает меня. Считает, что со мной шоу взлетит. Хотя я ничего не сделал еще: играть — как Аннушка, например — не умею, да и в принципе мало что смыслю в кино».
«Просто делай так, как говорят. Рад же, платят же».
«Но… чем тогда это отличается от моего дома? Там я тоже делал, что заведено, что говорили, как работали все, и был счастлив…»
«Как же! Там ты был рабом, а здесь у тебя есть наставник, который ведёт к личностному успеху, старается ради тебя».
«Да, но…»
«Это неблагодарность. Думай о том, насколько ты вырос духовно и…» — продолжал настаивать голос.
«Физически», — усмехнулся гном.
«И профессионально!»
«Иногда у меня складывается ощущение, что я только падаю…»
На следующие съёмки Скромник решил захватит телепорт. Он долго сомневался, но в итоге понял, что знание о том мире никак не изменит его решение развиваться здесь. За гномом приехал водитель. Скромник приветливо ему улыбнулся, но парень лишь нахмурился и тронулся. «Что-то не так?» — подумал гном. Опасения его подтвердились: в медийном центре стояла пугающая пустота и тишина. «Сегодня отменили съёмки?» Скромник постучался в кабинет Рины, но там никого не оказалось, тогда он зашёл в столовую — тоже пусто.
— Да где все? — выдохнул он, оглядываясь в коридоре.
На съёмочную площадку гном побоялся идти один, поэтому повернулся в гримерку. Там, наконец, встретил знакомое — хотя и очень напряжённое — лицо.
— Митроша, привет! Что у вас здесь происходит?
Парень, сидевший на полу спиной к гному, подпрыгнул и быстро прижал палец к губам. Скромник покраснел и смолк. Митрофанушка снова приник ухом к вентиляции.
«Подслушивает» — догадался гном. — «Но кого? Неужели Аннушку и Сёмушку? Или, может, Рину?»
Скромник поставил рюкзак с телепортом в угол и осторожно присел на стул, стараясь не шуметь. Он чувствовал себя жутко неловко в таком положении. Хотелось спросить: «Будут ли съёмки?», но гном боялся снова помешать оператору. Через пять, а может через десять минут Митрофанушка снова подскочил от испуга, но на этот раз не от громкого звука.
— Серый, умоляю тебя, позови Сёмушку, он на площадке и… забудь, что сейчас видел. Договорились?
Скромник нахмурился, понимая, что происходит что-то важное и недоступное ему, и побежал за Сёмушкой. Световик в зале, не менее хмурый, чем его брат, настраивал свет для тревел-шоу.
— Пришёл? Помогай давай, скоро съёмки.
— Тебя Митроша зовёт срочно в гримерку.
Сёмушка испуганно вскинул голову, отбросил какие-то чехлы и быстрым шагом направился к брату. Любопытство подстегивало гнома бежать по его следам. Однако в гримерку Скромника не пустили.
— Серый, ещё одно суперважное задание, — прошептал Митрофанушка, присаживаясь на корточки в дверях, — займи Рину. Умоляю, минут на десять.
Гном сконфузился. Он хотел помочь братьям, но идти против Муэрте… Скромник схватился за край толстовки, ища привычные пальцам ниточки, но их там, конечно, не оказалось. Смутно гном представлял в чем дело, но детали…
— Иначе Аннушке будет плохо? — едва слышно спросил он.
Митрофанушка кивнул.
— Да, очень плохо.
— Хорошо. Где её искать?
