Рассказ о военном времени и о недетских испытаниях одиннадцатилетней девочки.
Летние каникулы были в самом разгаре. Катерина с одноклассниками уже второй день строили дом на дереве в лесу, чуть поодаль от колхоза. За дело принялись с самого утра и сейчас, к полудню, все уже проголодались. Но работу решили не прерывать на обед, как вчера, уж очень хотелось закончить все сегодня. А дел еще было выше крыши.
Тогда Катерину отправили добыть чего-нибудь перекусить и принести заодно бидон воды. Катюша поворчала для приличия, ей, как и всем, не хотелось покидать место стройки. Но ее дом располагался ближе всех от леса, на краю деревни, и, значит, спорить было бесполезно. Чтобы обернуться скорее, в ту сторону девочка решила побежать бегом, а вот с грузом уже предполагала возвращаться не торопясь. Преодолев расстояние за пять минут, запыхавшаяся Катерина забежала в дом, в первую очередь бросилась к ведру с водой и, зачерпнув ее большой кружкой, начала жадно пить.
Пятилетняя сестра Раечка в этот момент сидела на кровати и играла с куклой. Она посмотрела с надеждой на старшую сестру.
– Каааать, а можно с тобой?
– Я же уже говорила – нет! Там все взрослые ребята, а ты маленькая еще!
– Я не маленькая! Я тоже шалаш строить хочу.
– Это не шалаш, а секретная база, и детям туда нельзя.
Маленькая Рая смотрела на нее широко открытыми глазами.
– Секретная?
– Ага, – подтвердила Катерина.
Девочка вздохнула. Ей было жалко сестру, но разве на стройке место для детей? Там доски, гвозди. Еще поранится как-нибудь. Да и ребята опять будут Раиску «хвостиком» называть, она и так постоянно с ней. А на такие дела никто своих младших с собой не берет.
«Так, что же взять поесть?» – думала девочка. На столе стояли пирожки с картошкой, которые мама испекла с утра пораньше, перед тем, как уйти на работы в колхоз. Катерина решила взять по одному пирожку на каждого.
– Сережка, Танюха, Петя, Васька, Оля, Пашка, – говорила девочка и загибала пальцы, – и еще я – значит, семь штук. – Она принялась укладывать пирожки в котомку.
– А я маме расскажу, что ты все пирожки забрала! – воскликнула младшая сестра.
Катерина была возмущена. Ябедничество она не любила больше всего.
– Ну, во во-первых, не все, тут еще много осталось. А во-вторых, я тебя сколько раз учила не ябедничать?
– А чего ты меня в лес не берешь?
– Я же тебе все объяснила! И вообще…
Она хотела сказать еще что-то, но вдруг в этот момент в дом зашел папа. Он будто не заметил дочерей и быстро прошел в их с матерью комнату. Обычно папы не было до вечера. Он работал водителем и в это время всегда находился в дороге.
– Пап, а ты чего не на работе? – крикнула Катя.
Отец не ответил. Наверное, не услышал. Тогда девочка набрала воды для ребят в бидон и собралась уже идти на огород за редисом и огурцами.
– Катерина, пойди сюда! – вдруг послышалось из родительской комнаты. Оставив бидон и котомку с пирожками на столе, Катя направилась в комнату к родителям. «Неужели увидел, что пирожки беру? Может, и правда влетит?» – пронеслось в голове.
– Катерина, война началась.
Отец сидел на кровати и подпирал рукой голову.
Катя не сразу поняла, о чем это он.
– Как так, война?
– Вот так, дочь, по-настоящему.
– Как же так? – не понимала девочка. – Все же было хорошо, с кем война?
– Немцы напали.
Катя до сих пор не могла воспринять услышанное и сдвинуться с места тоже не могла. Ноги как будто стали каменными и такими неподвижными.
– И что теперь?
– На фронт меня забирают.
– Мамочки…
– Раиске не говори пока, не пугай ее. Сбегай за матерью в поле.
Катерина метнулась к выходу.
– Ты куда, Кать? В лес? – закричала младшая, выбежав из дома за сестрой и пытаясь увязаться.
Катя остановила ее.
– Я скоро приду, не беги за мной, иди в дом и не уходи никуда.
Сестра послушалась и медленно пошла в дом.
Уже второй раз за сегодня Катерина неслась со всех ног. Путь лежал на картофельное поле, где трудилась мать. Пока бежала, в голове прокручивала, как сказать. Мама была в положении, и уже с большим животом. Поэтому девочка пыталась придумать, как сообщить ей поосторожней. Специально заготовила фразы. В итоге, когда добежала и увидела маму, сходу выпалила.
– Мам, война началась! – Да еще так надрывно и громко получилось, что услышали все вокруг. Люди сию секунду побросали работу и стали подходить к Катерине и ее маме.
– Какая еще война? – спросила тетя Глаша.
– Немцы напали.
Среди присутствовавших разнесся гул.
– Ты откуда знаешь? – проговорила побледневшая мама.
– Папа приехал и сказал, он тебя домой зовет.
– Это к председателю надо пойти, может, перепутали чего, – сказал кто-то.
Все засобирались с поля. Небо в этот момент затянуло тучами. Стало очень тревожно. Катя с мамой тоже пошли. Все надеялись, что это какая-то ошибка, но никакой ошибки не было – война действительно началась.
Папу и других мужчин колхоза провожали уже на следующий день. Перед тем, как забраться в кузов машины, отец поцеловал дочерей и прижал беременную жену.
– Не плачь, Анютка, а то мне окончательно не по себе.
