Через пятнадцать дней Катрин со своими спутниками дошла до подножия Пиренейских гор, вставших перед ними на пути в Испанию. Остаток пути прошел без всяких происшествий.
Терпение Катрин было на пределе. С тех пор как они отделились от паломников, Эрменгарду словно бы подменили. Та же самая Эрменгарда, которая еще накануне взвинчивала Катрин и пыталась убедить ее в преимуществах быстрой езды, теперь словно бы находила тайное удовольствие в том, что все время нарочно замедляла движение!
– Неужели вы забываете, Эрменгарда, что я спешу добраться до Галисии?
Эрменгарда не нашла ничего лучше, чем сказать, что очень полезно иногда немного передохнуть. Но тут уж Катрин не захотела ничего слышать:
– В таком случае нужно было до конца идти вместе с Жербером Боа!
– Вы забываете, что от вашей воли сие не зависело, моя дорогая!
Тогда Катрин с любопытством посмотрела на свою приятельницу:
– Не понимаю вас, Эрменгарда. Всегда мне казалось, что ваше желание – мне помочь. И вдруг теперь выходит, вы изменили свое намерение?
– Я проповедую умеренность именно с целью вам помочь. Кто знает, а если вы спешите навстречу жестоким разочарованиям? Тогда встреча с ними никогда не окажется запоздалой!
На сей раз Катрин не нашлась что ответить. Слова подруги перекликались с ее собственными тревогами, и сразу она почувствовала в сердце жестокий их отзвук. Это путешествие было безумием, она прекрасно знала это и не в первый раз говорила себе, насколько малы были шансы найти Арно. Часто ночью, в кромешной тьме, она лежала без сна, пытаясь заставить молчать свой рассудок, который советовал ей бросить эту затею, вернуться в Монсальви к сыну и начать жизнь сызнова, полностью посвятив себя Мишелю. Иногда она уже была готова сдаться, но наступал рассвет, прогонял осаждавших ее призраков, и Катрин еще больше утверждалась в своем рвении и решительнее прежнего бросалась по следу устремленной вперед мечты: найти Арно, хотя бы на миг увидеть его, еще раз с ним поговорить. Потом…
Между тем в то утро под стук лошадиных копыт в сердце Катрин пела только надежда. Не обращая внимания на рокот вспенившегося потока, воды которого катили под мостом, она с восхищением и страхом смотрела на огромные горы, чьи остроконечные, словно зубья пилы, вершины прятались под сиявшими на солнце снежными шапками.
– Никогда нам не пройти этих гор!
– Увидите, пройдем, госпожа Катрин, – отозвался Жосс Роллар.
Во время путешествия он стал ее тенью.
Вдруг она подумала о Готье: эти высокие горы поглотили его, этого гиганта с несокрушимым духом! Катрин еще питала надежды найти его, но, увидев эти горные бастионы, она приуныла.
Не понимая, чем вызвано ее беспокойство, Жосс решил немного подбодрить ее:
– Разве вы не знаете, что здешний край – это страна чудес?
– Что вы хотите сказать?
Коротко взглянув на Эрменгарду, которая в это время, оставаясь чуть позади вместе со своими людьми, расплачивалась за проезд по мосту, Жосс показал на бурлившие водовороты реки:
– Посмотрите на эту речку, мадам Катрин. Ведь если кто решится войти в нее, у того не окажется ровным счетом ни единого шанса выбраться живым. Однако вот уже около трех столетий прошло, как король Наварры приказал бросить в этот поток связанную по рукам и ногам свою младшую сестру Санчу Беарнскую, обвиненную в том, что она пыталась убить своего ребенка. Она могла быть признана невиновной, только если выйдет живой из потока…
Катрин с ужасом посмотрела на вспенившуюся воду.
– Хрупкая и слабенькая молодая графиня была еще и крепко связана. Ее бросили с этого самого моста, и никто из присутствующих не дал бы и су за ее жизнь. Между тем вода вынесла ее живой и здоровой на берег. Конечно, люди кричали, что произошло чудо, но я-то думаю, что это чудо может повториться в любое время. Надо верить, мадам Катрин…
Катрин не ответила, но полный благодарности взгляд, которым она посмотрела на своего оруженосца, доказал, что он попал прямо в точку. Какое-то время она ехала молча, ни о чем не думая, ни на что не обращая внимания. Жосс опять занял свое место позади нее, но вдруг, услышав его покашливание, она вздрогнула и обернулась к своему спутнику.
– Что такое?
– Нужно подождать мадам де Шатовиллен. Она все еще на мосту.
Катрин сдержала лошадь и обернулась. Эрменгарда, остановившись посреди моста, казалось, завела оживленный разговор с сержантом, который командовал ее охраной. Катрин передернула плечами:
– В чем дело? Так мы до ночи не успеем приехать в Остабат.
– Если бы это зависело только от мадам Эрменгарды, мы не доехали бы туда и к завтрашнему вечеру, – спокойно заметил Жосс.
– Не понимаю! – Катрин метнула на него удивленный взгляд.
– Я хочу сказать, что благородная дама делает все от нее зависящее, чтобы замедлить наше путешествие. Это же очень просто: она кого-то ждет!
– Ждет? И кого же?
– Не знаю. Может быть, того сержанта, который так внезапно покинул нас в Обраке. Разве вы не заметили, мадам Катрин, что ваша подруга очень часто оглядывается?
