— Я стремительно теряю силы, — вдруг сказал он, хватаясь за кровоточащее лицо. — Так что, вы согласны? Мы с адмиралом вновь переглянулись, но ответить ничего не успели. Марк Старведий ощупал костяные наросты, которые уже стали трехсантиметровыми, и произнес:
— Понятно. Приду за ответом через сутки. А сейчас мне пора бриться… Очередной взрыв силы заставил меня покачнуться, но когда, мгновение спустя, обрел равновесие, на кухне более не было человека в доспехах с золотой филигранью. Зато оставался немного разочарованный в себе технобог и закусивший губу премьер-министр Федерации.
— Я не в силах переубедить президента и его команду, — сказал он подумав. — Но наша с тобой Родина не должна упустить такой шанс на возрождение величия, поэтому ты должен предоставить мне всю полноту власти.
— Каким образом?
— С помощью своих сверхъестественных способностей, — сказал он в дверях. — Ожидай моего курьера через несколько часов. Он исчез среди снега, а я, немного подумав, тяжело вздохнул и произнес:
— Поиск и телепортация из конца в конец галактики… Проклятье, как получилось, что Старведий стал сильнее меня?
Фрейзер
Сначала Фрейзеру казалось, что даже застигнутый врасплох, сильно уступающий в численности шестой флот под командованием Гарланемада Цельсия, одержит вверх. Прежде чем половина флота успела уйти с орбиты планеты и соединиться с половиной стоящей в отдалении, Имперские флоты нанесли весьма ощутимый урон. Некоторые, в основном небольшие корабли были разворочены прямым попаданием ракет, другие растерзаны на части снайперскими выстрелами квантовых излучателей и артиллерийскими снарядами. И даже массивные, бронированные и хорошо экранированные корабли-гиганты не выдерживали сконцентрированный обстрел и выходили из боя один за другим.
Один из таких отступающих в тыл линкоров как раз пролетал рядом с флагманским кораблем, и Фрейзер увидел, что он был похож на какой-то факел. Фрейзер не знал, что в космосе может что-то гореть — из всех выбитых иллюминаторов и небольших дыр, оставленных вражескими снарядами, наружу вырывалось яростное серебристо-красное пламя и летели рыжие искры, а из щелей между поблескивающими плитами обшивки сочился свет, и нечто похожее на густой, быстро рассеивающийся дым. Впрочем, когда схлынул первый испуг, весь шестой флот собрался в кулак, и эффект неожиданности сошел на нет, ситуация нормализовалась, и корабли Содружества продемонстрировали свое полное превосходство над корытами ОСА. Истребители и перехватчики содружества не знали себе равных, и втянувшийся в ближний бой Первый флот Аливрии жестоко поплатился за самонадеянность — бомбардировщики, оставаясь почти безнаказанными, осыпали обшивки кораблей, беззащитных перед мелкими маневренными целями, градами снарядов; мошка закусала гигантов до смерти. Линейные корабли Содружества превосходили аналогичные корабли врага огневой мощью и защитой, и Восьмой флот ощутил это на себе в полной мере. Корабли поддержки, обладали невиданной ОСА технологией генерации щитов, позволяющей кораблям, сражающимся на переднем крае, восполнять потерянную в накопителях энергию за счет следовавших в отдалении. И посланный в обход, Двенадцатый флот запнулся, не в силах прорвать жиденькую, на первый взгляд, оборону тыла флота Цельсия. Корабли радиоэлектронной борьбы опутали Третий и Пятый флоты сетями тысяч помех, перегружая электрические цепи, заставляя отказывать приборы, до сих пор считающиеся вполне надежными… Повелитель и Контр-адмирал Вальзенский, не смотря на полное окружение, ободрились, даже Фрейзеру показалось, что вопрос о победе, пусть даже катастрофической ценой, всего лишь был делом времени. Но на тактических экранах в тылу флотов ОСА вспыхнули новые фигуры театра военных действий. Гигантские пирамиды, корабли, которые всегда списывались со счетов в связи с их уязвимостью и медлительностью…
— Дьявол, — сказал Вальзенский, пялясь на экран расширенными от ужаса глазами, — это Фокстроты… Три «Фокстрота» синхронно дали первый залп, из их вершин вырвался луч неопознанной приборами энергии, и флот Цельсия осветился изумрудным светом. На взгляд Фрейзера, ничего разрушительного не произошло — пирамиды просто пшикнули зеленым светом и замерли, израсходовав запасы энергии. Вот только корабли ОСА перешли в атаку, практически не встречая сопротивления. До этой минуты прочно удерживающий позиции грозный строй кораблей Содружества перестал существовать — вражеские фрегаты и корветы вклинивались между кораблями, обстреливали борта, практически не встречая ответных атак. В рубке начался гул и форменный хаос — потребовавший доклада контр-адмирал, наконец получил его от старшего помощника:
— Экипажи большинства кораблей не отвечают или издают невнятные звуки — сами корабли никак себя не проявляют, должно быть, всё дело в тех лучах…
— Боже мой, — прошептал Вальзенский, — это конец… Владыка, нам нужно убираться из системы… Отдать приказ СНИЖу на расчет прыжка!
— Нет! Мы не сбежим! Мы не бросим флот и армию!
— Владыка, — взмолился контр-адмирал, — мне больше некем командовать.
