Но по сравнению с этими сборами, это бывало, как капля в море. Поэтому слухи, среди призванных, которые уже бывали на сборах, поползли, довольно не приятные, а скорее даже очень страшные. На полигоне, все начали поговаривать о предстоящих военных действиях и главном ударе наших частей по китайскому противнику в районе пустыни Гоби и Хинган в Монголии. Кто-то этому верил, а кто-то и верить не хотел. Русская душа у солдата, как в последний раз хотела праздника и песен. Что еще остается человеку, когда его принудительно лишают того, что ему дорого и свободно. Да, именно успокоить душу в празднике, зная, что ты уже ни чего не можешь исправить в решении партии и государства, пусть даже это решение может быть не совсем правильным или даже совсем не правильным. Но если оно принято на самом верхнем уровне, значит всегда страдает простой человек, отнимая от своих свобод и жизни некоторое время, а то и вообще отдавая всю свою жизнь, для выполнения поставленной задачи. А что может быть дороже человеческой жизни, если не сама жизнь? Что может благоприятно заменить ему эту жизнь, знают не многие, но некоторые все же знают. Некоторые все же знают, что человек беспрекословно и почти беспрепятственно может отдать свою жизнь и здоровье, ради чего то. А это, что то, есть огромная идеология о райском будущем, пусть даже не его, а его поколений. Испокон веков люди шли на битву за Родную землю, за матерей и сестер, за мир на их земле, за светлой будущее не жалея ради этого и своей жизни. Значит человек своим подсознанием понимает, что когда он отдает свою жизнь за добро, он продолжает жить в памяти своих близких и тех, за кого он отдал свою жизнь. И наверное это, как то успокаивало человека и он как в последний раз перед боем, всегда хотел настоящего праздника, чтобы его запомнили веселым и без страха.
Петриков, уже несколько дней находился в палаточном лагере, расположенном на танковом полигоне недалеко от Чуйского тракта, под городом Бийском. Это было совсем не далеко от его животноводческого комплекса. Границы полигона проходили ровно по выпасам, где летом паслись и нагуливали молоко его буренки. Правда, когда проходили стрельбы, то была с военными договоренность, что скотину будут выгонять на другие угодья. Как на грех на этом полигоне было удивительное разнотравье и буренки рвались туда, как ребятишки на каникулы, в последний день учебы. Местные жители в ягодный период, толпами ходили туда за клубникой, она там почему-то вызревала крупной и пахучей. Бывало, зайдешь в знойный день на поле, а там стоит такой запах клубники, что слюна сама тебя тянет нагибаться и откушать это райское чудо. А уж если ты встал на колени, то пока, пузо не лопнет, будешь ползать и есть ее. А она сладкая, крупная и сочная, свисает своими гроздьями под тяжестью зрелых ягод в траву к самой земле матушке и просит, чтобы ты сорвал ее и освободил тонкие стебельки от тяжести. Все поле, как ковровая поляна, сплошь усыпана тысячами разных цветов. Только пчелы, как работяги, своими невидимыми ведрами, не устают перетаскивать пыльцу к себе в дома, на лету перерабатывая ее в сладкий и душистый мед. А какой клевер, каждый год разрастался по этим бескрайним полям, знают только избранные пастухи. Они знают, что в любой момент, когда нужно прибавить надой, нужно выгонять скот на эти сочные поля и буренки с великим удовольствием к вечеру отвесят тебе по два ведра свежего парного молока.
Конечно же, Петриков не мог знать всего этого, всего этого райского наслаждения, потому, что он прибыл сюда, когда еще эта вся красота была под снегом и на вид, была обыкновенным полем, с пожелтевшей травой и голыми кустарниками. Успев принять все вверенное ему хозяйство животноводческого комплекса и немного даже поработать в качестве управляющего этим хозяйством, Петриков, за короткое время сумел найти общий язык с рабочими и доярками фермы. Он с утра и до позднего вечера пропадал на работе и по крупицам создавал порядок и взаимопонимание среди работников. Показатели надоев резко пошли в гору. И, казалось бы, что вот только и осталось, закрепить свои начинания, как эта дурацкая мобилизация и он поехал на сборы. Успев перевезти свою семью из Новосибирска в село, Петриков понимал, что Марине с двумя детьми будет очень не легко в сложившийся ситуации. Но они договорились с ним, что будут терпеть и ждать, когда все это закончится. Виктор, перед отъездом, всю ночь разговаривал с женой, о том, что здесь у него есть перспектива развития. И местные люди полюбили его и ему это нравится. Что он начинает жизнь с чистого листа, и она должна ему в этом помочь вместе с детьми. Марина, конечно же, не раздумывая, согласилась с его решением и смело осталась выполнять его наказы и начинания новой жизни, по всей форме, отправив его на сборы.
