— Вижу, оценил. Ладно, находишься при нем, пока кто другой не накосячит. Корин следишь, чтоб мимо мышь не проскочила и особенно не выскочила.
С этими словами он развернулся и ушел к костру, напрочь позабыв об осчастливленном кавалеристе. А Дана так и осталась стоять. Она никак не могла взять себя в руки, она, девушка благородных кровей, ее брат кавалерист личной армии принца, должна прислуживать пленнику, умывать, одевать, причесывать и чем там ещё занимаются слуги. Да командир издевается над ней, чтоб так опозорить. Уж лучше, как было, быть просто участником отряда, чем так. Но изменить она ничего не могла, поэтому ещё раз глубоко вздохнув и придав себе невозмутимый вид, благо у нее были хорошие учителя, Дана откинула полог палатки и вошла внутрь.
Лион продолжал сидеть возле шеста, рука с кружкой обессиленно лежала на коленях, воды в ней не было. Принц до сих пор имел болезненный вид, а рубашка вообще представляла собой жалкое зрелище, пропахшая алкоголем и последствиями лечения от отравления, но девушка постаралась сделать вид, что ничего не заметила. Парень сидел с закрытыми глазами и на нее совсем не смотрел. Дана принялась осматривать стенки палатки, одинаково чёрные, они ничем не отличались одна от другой, но были для неё гораздо привлекательнее ненавистного пленника.
— Спасибо, за воду. — Вдруг нарушил тишину еле слышный голос, говорить громко парень после их "лечения" вряд ли мог. — Попало от Габриеля? … Он может… отойдет.
Девушка удивлённо посмотрела на принца, он что ее жалеет?! Юноша на нее не смотрел лишь на бледных губах появилась слабая улыбка.
— На какое-то время я поступаю в ваше распоряжение. — Нехотя промолвила она, помимо воли чувствуя, как в голосе звучит гнев. Ужас! Она не смогла справиться с собой.
— Сочувствую. — Промолвил Лион, но в голосе сожаления не было, только усталость. — Мелкий, ты меня ненавидишь?! — Вдруг промолвил принц и девушка с удивлением отметила, что молодой человек не спрашивал, а скорее утверждал действительное, словно прочитав ее мысли.
— Нет, что вы?! — Воспротивилась она, не зная, как исправить ситуацию.
— Не дергайся, мелкий. Я знаю этот взгляд, меня он не задевает.
— Я не мелкий! — запоздало откликнулась она. — И вовсе я не ненавижу вас. — Постаралась все отрицать девушка, но получилось как-то жалко и неестественно. Дане самой стало стыдно, за то, что дала понять принцу свое отношение к нему.
— Ладно, ладно… — слабо пробормотал принц и вдруг тяжело вздохнул. — Иди отсюда, мелкий. Мне пока ничего не надо.
Дана неверяще замерла не сразу сообразив, что принц её отпустил, ничего не попросив, у неё как-то не укладывалось в голове, что королевскому сыну не нужна её помощь, ей казалось, что он потребует её умыть или переодеть себя.
— Что, желаешь меня помыть? — вдруг произнёс парень, словно прочитав её мысли и широко раскрыл свои необычного цвета глаза.
— Не… да — краснея и запинаясь пробормотала девушка и уставилась в пол. Смотреть на принца было ужасно неловко. Со стороны её собеседника донесся негромкий смешок.
— Иди отсюда, мелкий. — Голос стал совсем тихим и уставшим, но она чувствовала, что эта ситуация его забавляет. — Воды котелок принеси. — Услышала она вдогонку, когда уже почти выскочила из палатки.
Она и сама не знала, как ей себя ощущать, с одной стороны она была счастлива, что принцу её помощь оказалась без надобности и ей не придется одевать и раздевать парня. Парня! Ведь такого тесного общения с противоположным полом у неё ещё не было, а с другой было немного обидно, что её помощь отвергли. Так и оставшись в смешанных чувствах она прошествовала все с тем же несчастным котелком к ручью, дорога была уже знакома и привычна. Остальные члены отряда вольготно расположились у костра отдыхая и негромко переговариваясь, все кроме них с Корином, вынужденным охранять принца. Руки начали уставать с непривычки, но Дана не жаловалась, жизнь брата и её честь того стоили.
Дорога назад заняла немного времени. Девушка проводила печальным взглядом, остальных счастливчиков, не связанных с принцем и что её дёрнуло подслушать разговор в палатке, сидела бы сейчас у костра, слушала истории спутников, а кто-то другой таскал котелки "телу". Корин бросил в её сторону сочувствующий взгляд. Резко откинув полог палатки она влетела внутрь, с яркостью рассерженной кошки, и замерла. Её тут никто не ждал.
