— А теперь он встал с кровати, вырубил бандитов, провел с одним из них допрос и после этого ведет себя так, будто ничего не случилось! — Алексей резко поднялся на ноги, и стул с грохотом упал за ним. — Разве это нормально⁇!
Подозрительный, однако. И это хорошо, далеко пойдет. С интуицией у него всё в порядке.
Женщина потянулась к нему, но парень отстранился.
— Я тоже рад, что Саша очнулся, — голос Алексея стал тише. — Но не понимаю, как он так быстро пришел в себя! Я просто хочу знать правду!
Я кивнул.
— Я тоже. Мы вместе должны в этом разобраться. Но для этого мне важно вспомнить, что случилось на той охоте.
Алексей смерил меня взглядом, и, видимо, что-то решив для себя, вернулся за стол.
— Ладно, давай расскажу, как все было, — сказал парень, откинувшись на спинку стула. — Мне в очередной раз предложили работу на ежегодной охоте у Вяземских, от доброты душевной. «Чтобы хорошие люди не голодали», как сказал тогда глава их охраны, — Алексей поморщился. Ему явно не нравилась подобная жалость. — Работа неплохая — сопровождать гостей, помогать загонщикам. Ничего сложного, чистая благотворительность.
Парень хмыкнул.
— Платили очень хорошо, ну я и решил согласиться. Только вот для работы нужны были сразу двое… — брат Александра внимательно посмотрел на меня. — Ты охотиться умел, и умел хорошо, к тому же я доверяю тебе как себе. Пришлось настоять на твоем присутствии.
— Ты сначала не хотел ехать… — вдруг заговорила женщина — Сказал, что они этим предложением нас унижают. Ты был прав, да — наш род веками был гостем на этих охотах! А теперь нас просили быть слугами! Но… Алексей настоял. И ты поехал туда. Зря ты туда поехал… — в ее глазах заблестели слезы.
Мать немного помолчала, возвращая самообладание.
— Алексей говорил, что вашей группе удалось выследить зверя, кажется. Ты поскакал ему наперерез, скрылся среди деревьев… А потом был хлопок. Алексей решил, что тебе пришлось защищаться. Поехал к тебе…. А там ты… — на этих словах женщина не выдержала и расплакалась.
Не люблю, когда женщины плачут. Я подошел к ней и обнял за плечи. Когда она перестала дрожать, сел обратно на стул и всем своим видом постарался показать, что внимательно ее слушаю.
Алексей смотрел на нее с жалостью и не мешал.
Женщина всхлипнула и продолжила.
— Когда Алексей нашёл тебя… ты лежал в овраге. Глаза открыты, лицо перекошено. Все сначала решили, что тебя сбросила лошадь и ты сильно ударился головой. Но когда тебя внесли в дом и осмотрели… Оказалось, что сломан позвоночник — сказав это, мать сжала мою руку.
— Врач Волконских сказал, что это могла быть стихийная магия. Что ты не совладал с защитным заклинанием—грустно сказала она — Но теперь я в это не верю! Ни один из родов и пальцем не пошевелил, чтобы помочь! Чтобы выяснить, что там произошло! А после сегодняшнего я уверена, что в этом замешан кто-то из них! — последние фразы были сказаны с такой злостью, что я даже удивился.
Вы кто⁈ И где та заплаканная несчастная мать?
— Все ясно, — я медленно кивнул.
Значит, у нас есть и место, где все случилось. Там точно должен найтись рунический круг, в который загнали Александра, чтобы наложить проклятье. Надо как-то туда попасть…
— А потом, видимо, случилось чудо, — с усмешкой сказал Алексей, — и вот ты здесь.
Женщина строго глянула на Алексея.
— Или ты просто достиг совершеннолетия, — добавила она, обращаясь уже ко мне.
Спрашивать, что такое «Совершеннолетие», я не стал. Вспомнил, что в моем мире у нас тоже был такой обряд — обретения силы. Считалось, что во время него юноши и девушки обретали свои истинные магические способности и становились взрослыми.
На самом деле, никакие силы в ходе него не обретались — все дети родов начинали колдовать с пеленок, а сам обряд был лишь традицией. Но, говорят, когда-то он был необходим, чтобы стать магом.
— Я хотел попасть на то место в лесу снова, но так и не сумел. Не пускают. Это угодья Волконских, их территория. Просто так туда не пройти, — парень устало опустился на один из стульев.
— Не пускают, значит… Пытаются следы преступления скрыть? — предположил я.
— Не знаю… Но хочу проверить. Я кое с кем уже договорился, он должен показать, где у их поместья слабые места в защите…
Женщина на этих словах подняла голову и с прищуром посмотрела на Алексея.
— Это ты, наверное, про Катеньку говоришь?
Чуть наклонившись ко мне, она понизила голос:
— Она давно нам помогает. И мне все больше кажется, что не от простой доброты, — и заговорщицки улыбнулась.
Я удивленно посмотрел на Алексея. А тот уже стоял красный как помидор.
Что, неужели нашел себе пассию из рода, который нас пылью под ногами считает⁈ Как бы это не обернулось для него боком.
Знавал я таких девушек– папенька с маменькой сказали, что если выйти за кого-то знатного, семье будет лучше. И всё, хорошая дочка уже начинает подбивать клинья. А семья мечтает, как будет делить его наследство.
