«Поднимайтесь все, — обратился он в день своего назначения с официальным приказом ко всем казакам, — в чьих жилах течет казачья кровь, все, кто еще чувствует себя способным помочь общему делу Казак — эмигрант ли ты 1920 года, пришел ли сейчас с Германскими войсками с Востока, находился ли в лагерях военнопленных, в Восточных лагерях, в частях „СС“ или в полиции и других германских учреждениях, все уроженцы казачьих областей, родители которых были тамошние коренные жители, уроженцы Ставропольской и Черноморской губерний, потомки казаков, насильно оторванные от казачьей семьи, — всех вас я призываю немедля являться в местные учреждения войск „СС“ и местные казачьи организации, заявлять о своем казачьем происхождении или письменно сообщать о том же в мой штаб… Все установления войск „СС“ германских вооруженных сил получили приказ Государственного Руководителя „СС“ оказывать вам всем полное содействие и направлять всех казаков от 18 до 50 лет, а офицеров до 60 лет, в Леобен около Граца для формирования, а остальных казаков, а также казачьи семьи направлять в Вену для дальнейшего следования в места казачьего поселения»[580].17 сентября за подписью начальника Главного управления Казачьих войск генерала П.Н. Краснова вышел специальный приказ № 15 «О формировании казачьего корпуса и задачах Казачьего Стана». «…Первая казачья дивизия, — говорилось в приказе, — генерал-лейтенанта фон Паннвица избрана Фюрером сборным местом всех казаков. Все казаки должны соединиться вместе и составить один казачий корпус… Все казаки мобилизуются и собираются в особый КАЗАЧИЙ РЕЗЕРВ, начальником которого назначен Кубанского Казачьего Войска ГЕНЕРАЛ-ЛЕЙТЕНАНТ ШКУРО. Бить врага нужно не растопыренными пальцами, но крепко сжатым могучим кулаком… Приказ этот не касается частей Походного атамана полковника Доманова, которые имеют особое назначение очистить от партизан и бандитов временную казачью землю(в Италии. —П.К.)для поселения на ней казачьих семей и для охраны их на этой земле»[581](полный текст этих уникальных документов см. в Приложении 3.12).
Сам генерал П.Н. Краснов отнесся к решению о формировании целого казачьего корпуса в составе войск СС как к сигналу о всеобщей казачьей мобилизации: «По существу, — писал он генерал-лейтенанту Е.И. Балабину — речь идет уже не о добровольном поступлении, но о мобилизации. Лучше теперь же поступить добровольно, чем потом быть призванным насильно, что казаку и неприлично, так как при таком призыве он попадает в русскую часть наряду с военнопленными красноармейцами, где ему будет чуждо и жутко»[582].
