Каждое лето после (ЛП) полностью

— Когда я поступил на медицинский, в Кингстоне был невероятный магазин подержанных книг и видео, — начинает он. — У них был огромный раздел ужасов — вся подборка того, что тебе нравилось. Но и другие фильмы тоже. Малоизвестные, которые, как я думал, ты, возможно, не видела. Я проводил там много времени, просто рассматривая всё вокруг. Это напоминало мне о тебе, — Сэм качает головой, вспоминая. — Владельцем был сварливый парень с татуировками и огромными усами. Однажды он очень разозлился на то, что я все время захожу и ничего не покупаю, поэтому я схватил экземпляр Зловещих мертвецов и швырнул его на прилавок. А потом я просто продолжал возвращаться, но, конечно, каждый раз мне приходилось что-то покупать. В итоге у меня были Кэрри, Психо, Изгоняющий дьявола и все эти ужасные фильмы о Хэллоуине, — говорит он. Он делает паузу, изучая мое лицо. — Но я никогда их не включал. Мои соседи по комнате думали, что я сошел с ума из-за всех этих фильмов, которые я даже не смотрел. Но я просто не мог заставить себя это сделать. Без тебя мне было как-то не по себе.

Это потрясает меня.

Я проводила часы, дни, целые годы, задаваясь вопросом, может ли быть такое, что Сэм тосковал по мне так же, как я тосковала по нему. В некотором смысле это было похоже на принятие желаемого за действительное. В течение нескольких месяцев после нашего разрыва я оставляла бесчисленное количество сообщений на его телефоне в общежитии, отправляла смс за смс и писала электронное письмо за электронным письмом, проверяя, как он, рассказывая ему, как сильно я скучаю по нему, и спрашивая, можем ли мы, пожалуйста, поговорить. Он не ответил ни на один из них. К маю на звонок ответил кто-то другой — в его комнату переехал новый студент. Я рассматривала вариант того, чтобы поехать в Баррис-Бей, рассказать ему всё, попросить прощения, но подумала, что к тому моменту он, вероятно, стер меня, мое имя и все воспоминания о нас из своей памяти.

Во мне всегда была маленькая, полная надежды частичка, которая чувствовала, что он должен иногда замечать, что его мысли возвращаются ко мне, к нам. Он был для меня всем, но я знаю, что то же самое было верно и для него. Слушая, как он говорит о видеомагазине, я немного вытесняю этот глубоко спрятанный лучик надежды.

— Я тоже их не смотрю, — признаюсь я шепотом.

— Нет?

— Нет, — прочищаю горло. — По той же причине.

Мы смотрим друг на друга, не моргая. Стеснение в моей груди почти невыносимо. Искушение прижаться к нему, показать ему, что он значит для меня своими руками, ртом и языком, почти невозможно игнорировать. Но я знаю, что это было бы несправедливо. Мое сердце — это паническое бегство животных из зоопарка, но я сижу неподвижно, ожидая его ответа.

И потом Сэм улыбается, и его голубые глаза сверкают. Я чувствую, что будет дальше, ещё до того, как он заговорит, и я уже улыбаюсь.

Я знаю тебя, думаю я.

— Хочешь сказать, что у тебя наконец-то появился приличный вкус в кино?

Его остроумный комментарий прогоняет нависшую над нами тяжесть, и мы оба впадаем в приступ смеха. Очевидно, виски подействовало в полной мере, потому что мои смешки прерываются икотой, а по лицу текут слезы. Я кладу руку на колено Сэма, чтобы не упасть, не осознавая, что прикасаюсь к нему. Мы всё ещё смеемся, и я делаю большие судорожные вдохи, пытаясь успокоиться, когда женский голос заглушает наш всплеск эмоций.

— Сэм?

Я поднимаю взгляд, и Сэм поворачивается к дверям кухни, моя рука падает с его колена, когда он двигается. В дверях стоит высокая блондинка. Она выглядит примерно нашего возраста, но одета безупречно: белые брюки в матросском стиле и шелковая блузка без рукавов в тон. Она худенькая и подтянутая, её волосы собраны сзади в низкий пучок на затылке ее длинной шеи. Внезапно я полностью осознаю, насколько измято мое красное платье и какими растрепанными должны быть мои волосы.

— Извините, что прерываю, — говорит она, направляясь к нам, сжимая в руке ключи от машины. Выражение ее лица холодное, и я скорее чувствую, чем вижу, как она оценивает меня, потому что я смотрю на Сэма в замешательстве.

— Я пыталась дозвониться до тебя несколько раз, — говорит она, ее карие глаза мечутся между нами.

Я познакомилась с некоторыми двоюродными братьями и сёстрами Сэма, когда мы были детьми, и я пытаюсь вспомнить эту женщину среди них.

— Черт, извини, — говорит он, слова его извинения сливаются воедино. — Мы немного отвлеклись.

Она поджимает губы.

— Ты собираешься нас познакомить? — спрашивает она, махнув в мою сторону.

У нее светлый цвет волос Флореков, но определенно не та теплота.

Сэм поворачивается и одаривает меня кривой улыбкой, которая не касается его глаз.

— Перси, это Тейлор, — говорит он.

— Двоюродная сестра? — спрашиваю я, но Тейлор отвечает за него.

— Девушка.

***

Сэм знакомит меня с Тейлор. С его девушкой. А не двоюродной сестрой.

У Сэма есть девушка.

Конечно, у него есть девушка!