Все замолчали, осмысливая услышанное, и по-новому смотрели на педофила. Этот жалкий извращенец, жизнь которого не стоит ломаного гроша, — ключ к спасению невинной девочки. Жестокий парадокс, к которому не ясно как относиться.
Общий вопрос озвучил один из начальников уголовного розыска:
— Кого нам искать: Панина или девочку? Куда направить людей?
Ответил полковник Шумаков:
— На поиски Софьи Дороховой мобилизованы все участковые, патрульные экипажи и много волонтеров.
— Если бы девочка заблудилась в лесу, массовость помогла бы, — скептически заметил оперативник.
— В первую очередь мы составили список мест, связанных с Паниным, — добавила Петелина. — Надежда была на бассейн, в котором он когда-то работал. Тем более здание сейчас на реконструкции.
— Вчера мои люди провели там тщательный обыск, — доложил Головин. — Ни девочки, ни следов ее пребывания. Провели все дома по дороге от пекарни до дома Панина. Тоже впустую.
— К сожалению, на этот раз Панин подготовился основательно. Когда он работал детским тренером, у него глаза разбегались от возможностей, а сейчас представился единственный шанс, — объясняла Петелина. — Педофил хотел долго удерживать девочку и получать удовольствие. Вы знаете, что в некоторых случаях это длится годами.
— Нечего ломать голову! Надо срочно найти Панина и допросить! Тот, кто ему устроил Суд Народа, должен быть на нашей стороне. Ведь он борется с педофилами и сам подскажет, как найти Панина, — предложил самый молодой по виду начальник розыска.
— Проблема в том, что народ не знает, что Панин виновен в похищении девочки, — сообщила Петелина.
— Надо объявить! Другого выхода нет.
Шумаков вмешался в спор:
— Мы добились того, что помилование лидирует. Завтра в девять тридцать Панин должен выйти. Мы сцапаем его и допросим! Но если объявить, что Панин похитил маленькую девочку, тогда народ точно проголосует за его смерть. А дальше, сами видели — Панин унесет тайну в могилу.
— Объявив о связи Панина с девочкой, появится шанс, что похититель, даст информацию о его местонахождении, — продолжал настаивать оперативник.
— А если новая информация только подогреет убежденность похитителя в своей правоте? Организатор Суда Народа хотел смерти педофила, это очевидно. А тут новый убийственный аргумент!
— И нет полной уверенности, что девочка еще жива, — заметил Головин. — Народ верит в худшее и будет настаивать на немедленной казни педофила.
— Мститель досрочно обнулит счетчик, и мы получим труп Панина, а затем и девочки, — отрезал Шумаков.
— Но, если Панин выйдет, а будет уже поздно? — не унимался молодой горячий начальник розыска.
— Панин в любом случае получит свое.
— Мы арестуем Панина и будем вынуждены защищать его от толпы?
— Такая у нас служба, — сухо отчеканил Шумаков.
— А потом будет суд, обычный, а не Суд Народа. Педофил-убийца останется жить, а девочку не вернешь! — возмутился полицейский.
— Хватит нервировать всех! Психоз делу не поможет! — взъелся полковник.
— Так что же делать? Молчать и надеяться, что педофил проговорится? — спросил более опытный начальник розыска.
— Искать Софью Дорохову, — ответила Петелина. — Жизнь девочки важнее.
— И не распускать слухов о Панине! — предупредил Шумаков. — Задача номер один: обеспечить голосование за освобождение педофила. Приказ показал свою эффективность.
— Завтра к девяти тридцати нужно подготовить вертолет, чтобы в случае необходимости быстро добраться до Панина, — предложила Петелина.
— Да понимаю я. Спасателей и неотложку тоже предупредим. Он нужен нам живым. За работу!
Загремели отодвигаемые стулья, все стали расходиться. Шумаков окликнул Петелину:
— Елена Павловна, задержись.
Полковник подошел к ней, хмуря брови:
— Из двух вопросов: где находится Панина, и кто его туда упек — главный второй. Если на первый тысячи вариантов ответа, то на второй — единицы. Я для чего тебя пригласил? Чтобы ты проанализировала всех, кто может мстить Панину, затянула на его шее петлю доказательств и приволокла сюда.
— Я проверила потерпевших по делу Панина. У всех алиби на момент похищения, — без энтузиазма ответила следователь.
— Да слышал я это! Но кто-то же организовал публичное судилище. И так умно все придумал, не подкопаешься. Ты понимаешь, о чем я?
— Понимаю. Мы имеем дело с умным противником, с высоким интеллектом.
— Вот именно! Некрасов под это определение отлично подходит. Я читал твое сообщение. А ты не думала, что он может подделать свою систему распознавания образов.
— Людей тоже опросили. Коллеги подтверждают, что Павел Некрасов второго июня провел в офисе весь день, начиная с восьми утра.
Полковник прошел вокруг стола о чем-то размышляя и остановился перед монитором.
— Но кто-то же организовал это изощренное судилище. Какие еще мысли?
— Я проверила первый круг подозреваемых. Но выяснилось, что есть потерпевшие, которые не фигурируют в уголовном деле Панина. Они тоже могут мстить педофилу.
— Вот ты и думай. Затягивай свою знаменитую петлю! — отрезал полковник, давая понять, что разговор окончен.
4 июня. 10:30. 23 часа до казни
