Нур метнулась в сторону и навалилась на меня спиной, а нож вонзился в скамью – в том самом месте, где она только что сидела. Пока человек-сканер пытался выдернуть нож, с него свалилась шляпа. Кто-то схватил его за пояс, а он замахал руками, теряя равновесие. Тут Гораций дал ему по голове, а Нур ударила прямо в лицо. Еще миг – и подоспели двое охранников. Они оторвали его от ножа, подхватили под руки и поволокли прочь. Сканер молчал и даже не сопротивлялся.
– Ты цела? – спросил я Нур.
Она кивнула и встала с меня.
Мисс Сапсан уже хлопотала над нами, спрашивая, не пострадал ли кто. Мы сказали, что нет. Она вздохнула с облегчением, но тут же опять нахмурилась. Пока она стояла, беспокойно оглядывая зал, я заметил в ее глазах отражение какого-то нового страха.
«Все изменилось», – говорил ее взгляд.
Сразу же, как только появилась возможность, имбрины вывели нас с Нур на улицу. Друзья подняли шум, беспокоясь, что мы пострадали, а люди в толпе таращились на нас, разинув рты, но мисс Сапсан, мисс Королек и трое охранников выпроводили нас из зала, не обращая внимания ни на что. Я попытался вытащить следом и всех друзей, но мисс Сапсан, придержав меня за плечи, шепнула, что не стоит этого делать: если всех ее подопечных эвакуируют первыми, остальные заметят и решат, что это нечестно. Так что без очереди пропустили только меня и Нур. Надо думать, как носителей черной метки.
Но объяснить нам толком никто ничего не мог. Мы понятия не имели, следует ли ожидать новых покушений. И почему человек-сканер на нас напал, тоже было не совсем ясно: задумал ли он атаку заранее или его вдохновили безумные речи Каула? Имбрины были ошеломлены не меньше нашего – я знал их достаточно, чтобы видеть это наверняка. Но поскольку сотня перепуганных странных, застрявших в одном большом зале, как в ловушке, – это синоним пороховой бочки с подожженным фитилем, наши наставницы изо всех сил старались притворяться спокойными и поддерживать спокойствие вокруг.
Нас торопливо вели по улицам Акра туда, где было вроде бы безопасно: в министерское здание, в палату Совета имбрин. Изо всех репродукторов вещал Амос Декстер – вот уж кому не надо было напрягаться, чтобы одним только голосом успокоить кого угодно! «Слушайте меня, жители Акра, и сохраняйте спокойствие! Мы в безопасности. Каула здесь нет. Если вы держитесь на ногах, возвращайтесь домой. Если вы ранены, оставайтесь на месте: скоро вами займется костоправ. В течение дня имбрины лично посетят все дома и общежития. Повторяю, мы в безопасности. И напоминаю, что Хит-парад Амоса пройдет сегодня пополудни, точно по расписанию, а это значит, что у каждого из вас и еще у одного вашего друга-везунчика будет шанс выиграть настоящую ломовую лошадь!» И вполголоса, стремительной скороговоркой: «Победители разделят лошадь между собой. Сохранение лошади в живых не гарантируется. Обмену и возврату призы не подлежат». Я заметил, как мисс Сапсан шепнула что-то второй имбрине и покачала головой.
Мы добрались до министерского здания и поднялись наверх, в палату Совета, где и устроились ждать вместе с имбринами, а охранники заняли пост перед дверью. Скоро должны были вернуться остальные члены Совета. Между тем мы пытались хоть как-то разобраться, что происходит. Мы с Нур сели за большой полированный стол для совещаний, мисс Королек встала у пробковой настенной доски, на которой были развешаны карты петель, и изучала ее так внимательно, словно надеялась найти какую-то подсказку насчет планов Каула, а мисс Сапсан просто расхаживала взад-вперед на фоне увитого лозами окна – огромного, в три человеческих роста.
– В основном это просто зрительные эффекты, – рассуждала она. – Ну и в придачу – несколько трюков с сознанием. На самом деле ведь не было ни стеклянного потолка, ни крови. Одним словом, низкопробный балаган. Пустышка.
– Он просто пытался нас запугать, – сказал я.
– И ему удалось, – заметила Нур. – Все теперь трясутся от ужаса.
– Он хочет нас разделить, – добавила мисс Королек.
– Ничего нового, – хмыкнула мисс Сапсан. – Этим он занимается уже не первый десяток лет.
– Но до сих пор ему еще не удавалось предъявить публике собственную проекцию и выступить с пропагандой напрямую, – возразила мисс Королек. – Это кое-что новенькое. Если он сможет настроить наших собственных подопечных против нас, ему и воевать не придется.
– Вы и правда считаете, что это может случиться? – спросила Нур. – Странные люди могут обратиться против вас?
– Исключено, – отмахнулась мисс Сапсан.
Но я тут же вспомнил про движение за свободу от петель и подпольные собрания, на которые нас приглашал Харон. Не сказать чтобы это было прямо-таки пламенное сопротивление, но даже небольшие разногласия – это уже трещины, в которые Каул вполне способен вбивать клинья.
– Ну, одного-то он все-таки переманил, – заметила Нур.
– Мы пока не знаем, так ли это, – возразила мисс Сапсан. – Возможно, этот молодой человек просто оказался слаб духом, и Каулу удалось как-то захватить контроль над его сознанием.
