– Возможно, спору нет, – с сомнением промолвила мисс Королек. – Но недовольство в нашей среде растет, а идеи Каула о превосходстве странных весьма привлекательны для людей определенного склада. Именно так он и завербовал первых своих последователей. Кроме того, не забывайте, что среди нас есть бывшие наемники, которые жили в Акре, когда тот был под властью тварей. Вряд ли они обрадуются возвращению Каула – но, с другой стороны, эта перспектива не так уж их и страшит. Они не станут лезть из кожи вон ради победы.
– Тот молодой человек пятьдесят лет прожил под опекой мисс Трупиал, – сказала мисс Сапсан. – Он не наемник. Единственное объяснение – контроль над сознанием.
Это прозвучало так, словно нашей директрисе позарез нужно было в это верить. Лично мне поверить в контроль над сознанием было куда труднее, чем предположить, что в стадо затесалась одна паршивая овца, поддавшаяся на ядовитую риторику Каула. Но имбринам сама идея предательства казалась немыслимой, запредельно ужасной. Верность была важнее всего на свете: предполагалось, что все мы – одна семья.
Мисс Королек покачала головой:
– Так или иначе, его уже допрашивают, и скоро все выяснится. А до тех пор – никаких больше всеобщих собраний! Если мы опять собьемся в одну кучу, то станем легкой мишенью. – Она повернулась к нам. – А вам двоим придется оставаться под охраной круглосуточно.
Нур помрачнела:
– А нельзя ли как-то без этого?
– Боюсь, что нет, – сказала мисс Сапсан. – Вы слишком ценны, а Каул только что назначил награду за ваши головы.
– Где один убийца, там могут появиться и другие, – добавила мисс Королек.
Я вздохнул. Конечно, они были правы, но мне совсем не улыбалось, чтобы за нами по пятам повсюду ходила охрана.
Тут дверь открылась, и вошла мисс Кукушка, а с нею – Эмма, Гораций и невидимый Миллард («Привет, это я!»). Как я понял, они уже некоторое время о чем-то препирались между собой.
– Но он послал свою проекцию прямо в Акр! – бушевала Эмма. – Если он на такое способен, он может выведать любые наши планы!
– Ничего подобного, – возражал Гораций. – Это было что-то вроде кино. Мы его видели, но он нас – нет.
– Откуда ты знаешь? – спросил я.
Только теперь они заметили, что мы с Нур тоже здесь, и бросились к нам с расспросами. Удостоверившись, что мы целы и невредимы, Гораций, наконец ответил:
– Если бы Каул заметил мисс Эс, как по-твоему, он бы смог удержаться и не поддразнить ее?
– Точно, – кивнула мисс Сапсан и указала нашим друзьям на стулья. – Он никогда не упускает такой возможности.
– И мы тоже не должны упускать ни малейшей возможности, – подхватил Миллард. Никто не возмутился, что он опять ходит голый, – всем было просто не до того. – Нужно изучать и препарировать каждое его слово, каждый звук, каждую подсказку, какую только можно отыскать в этом представлении, которое Каул для нас устроил. Только так мы поймем, во что он теперь превратился.
– В полного психа! – воскликнула Эмма. – Ты слышал, как он выделывался на разные голоса?
– Он всегда был безумцем, – вставила мисс Кукушка. – В этом отношении не изменилось ничего.
– И это никогда не мешало ему добиваться своих омерзительных целей, – добавил Гораций.
Эмма посмотрела на дверь.
– А где мисс Дрозд и Ферн?
– Вы действительно можете устроить непробиваемую защиту? – одновременно спросил у имбрин Гораций. – И если да, то настолько быстро?
– Полагаем, что да, – ответила мисс Сапсан, хотя и не так уверенно, как часом раньше, когда она выступала на общем собрании. Казалось, она собирается развить мысль, но тут Эмма вскричала:
– А, вот и вы!
На пороге появились мисс Дрозд и Ферн, юная прорицательница из Портала, мявшая в руках свою широкополую шляпу. Я поздоровался, но Ферн лишь слабо махнула в ответ: ей, похоже, было не до любезностей.
– Мисс Ферн – наша гостья из Америки, – сообщила мисс Кукушка. – Благодаря своему странному дару она сумела сделать весьма полезное наблюдение, касающееся Каула. Расскажите нам, милая, что вам удалось понять?
Ферн нервно прокашлялась, но так и не произнесла ни слова.
– Ты прорицательница, так? – подсказала ей Эмма. – С этого и начни.
– Простите, мне так неловко, – с тягучим южным акцентом произнесла девочка. – Я не привыкла… оказаться так близко… э-э-э… совсем рядом с… э-э-э…
– С имбринами, – вставила Эмма. – Она, наверно, сроду не видела настоящих имбрин.
– Полагаю, наша гостья способна говорить сама за себя, – одернула ее мисс Кукушка, и Эмма пристыженно замолчала.
Ферн еще раз прочистила горло.
– Я – прорицательница. Мой дар – видеть всякое, что относится к другим странным людям. Далеко они или близко, здесь или еще где.
– Прямо как мой Эддисон! – воскликнула мисс Королек.
– Не совсем, – возразила Ферн. – Ваш пес чует странность, а я ее вижу. Понимаете, странный дар всегда излучает что-то вроде особой энергии, и я к ней особо чувствительна.
Тут она застенчиво потупилась, как будто решила, что и так уже сказала слишком много. Раньше она не была такой робкой – должно быть, ее и впрямь смущало присутствие имбрин, да еще в таком количестве.
