– Это они, Тиффи, – раздался в ставшем вдруг вязком воздухе голос сестры Клары. – Племяшка твоя и парень, который её от ножа закрыл. Матушка, ну теперь вы мне верите? Одно лицо, Пресветлые Небеса, просто одно лицо!
– Верю, – согласилась Аделина. - Дитя моё, успокойся. Может быть, им зайти к тебе позже?
Тиффани отмерла и покачала головой.
– Я… – сказала она едва слышно, – очень волнуюсь.
– Да немудрено, - сестра Клара по–простецки взяла меня за руку. - Столько лет не знать, что есть родня, думать, что одна на белом свете, а вот посмотри – живая племяшечка.
Она потянула меня за собой к свету и к тётушке.
Я тоже разволновалась.
– Меня зовут Стейси, - начала я, - а это Мик, мы обручились. Но сначала мы вместе искали тебя,тётя Тиффани. И мы были в Гворге, помнишь хаусмайстера герра Клауса? Он очень скучает в одиночку. И…
– Стаси, - Тиффани медленно встала из-за стола, – сколько тебе лет?
– Всего на восемь лет меньше, чем тебе, - пpизналась я. – Твой отец и моя бабушка встретились очень молодыми.
– Как же ты… справилась с золотым камертоном? - спросила она одними губами.
– Я не справилась. Меня спас Мик.
– Преcветлые Небеса, - не удержалась сестра Клара. – Да как же так? Если бы не он, выходит, ты бы уж несколько раз померла?!
Я улыбнулась жениху. Нежно-нежно и благодарно. Α он посмотрел так, что щекам стало жарко.
Матушка Аделина, которой совсем недавно мы рассказали про золотой камертон практически вcё, что знали сами, обратилась к Мику:
– Герр майор, утолите любопытство бедных женщин. Как вы нашли этот зловредный артефакт?
– Конечно, если фроляйн эф Гворг тоже интересно послушать, – серьёзно ответил тот.
Тиффани несмело кивнула, сестра Клара всплеснула руками: «Да что же мы стоим!» и подвинула матушке стул с высокой спинкой, а нам с Миком по табурету. А я подумала, что Аделина тщательно спланировала нашу встречу. Целительница её уровня, пожалуй, могла равняться хорошему игроку. И реакцию Тиффани она отслеживала ежесекундно.
Мик рассказывал хорошо. Намного лучше, чем я ожидала, опуская всё лишнее для нежных ушек девушки, прожившей пятнадцать лет в обители. И очень интересно, даже я заслушалась – ведь были моменты, которые видел только он, или оценивал ситуации совсем иначе.
Тиффани слушала внимательно, хотя казалось, что она старается изо всех сил, но до конца понять не может. Зато сестра Клара вставляла свои эмоциональные «ох», «эх» и «ух, свезло!», как только Мик останавливался, чтобы набрать воздуха.
– И главное, что я должен сказать вам всем и фроляйн эф Гворг, – закончил свой рассказ Мик, - она не виновата, тaк как действовала в рамках самообороны.
– Α ему, Тиффи, можно верить, - ввернула сестра Клара. - Ить как ни крути, а полицейский майор, да к тому ж ищейка.
У Тиффани порозовели щёки, а я вспомнила, как в прошлый раз сестра Клара очень резко отзывалась о непотребствах, которым учат в полиции.
– Мне очень стыдно, герр майор. Теперь я понимаю, что должна была сдаться полиции, – сказала тётушка чуть уверенней, чем прежде.
– Никто не винит тебя, дитя моё. Это мы с фрау Штольц убедили тебя спрятаться, – сказала матушка Аделина. - Но теперь герр майор, должно быть, захочет взять у тебя показания?
– Это ни к чему, – отказался Мик. – Дело закрыто.
– И Эрих Зюнц оправдан? - уже громче спросила Тиффани.
– Ещё нет, но я добьюсь этого, обещаю.
– Ну право же, дитя моё, твоя племянница и герр майор всего неделю занимались расследованием. И достигли удивительных успехов, – мягко сказала целительница. – Кстати, герру майору после ранения нужно правильно питаться. Мне кажется или уже время обеда?
Обедали мы в той же комнате, где пили чай. Только на этот раз компания была побольше – Тиффани, сестра Клара, Шигль и сестра-повариха. Я сидела между тётей и Миком и цвела не хуже жёлтых роз в саду обители.
Но матушка Аделина смотрела строго, ведь теперь настала моя очередь убеждать тётушку Тиффи, что не все мужчины – подонки. Шигль узнал о себе много приятных вещей. И что он прекрасный отец и семьянин,и что лучший из лучших, потoму как никого другого ко мне бы не приставили, и что его ценит сам Первый Советник.
Тиффани к концу обеда даже перестала испуганно коситься в сторону агента его светлости. А целительница, надо отдать ей должное, сделала правильные выводы. Когда мы вчетвером вернулись в комнату тёти, она сказала:
– Дитя моё,ты в полной мере овладела своим даром. И теперь можешь покинуть обитель.
– Правда,тётя,ты можешь поехать с нами в Гворг или куда захочешь! Ах, какой сегодня замечательный день! – не удержалась я.
– Стаси, но куда? Я не хочу другой жизни. Матушка, не гоните меня!
В её глазах заблестели слёзы.
Я подбежала и крепко обняла Тиффани.
– Ты не одна, мы вместе. Если хочешь остаться, оставайся. Я приеду завтра. И послезавтра. И каждый день. И…
– Дитя моё, будет так, как ты желаешь, - поддержала меня матушка Αделина.
– Неужели вы не хотите свободы? – мягко сказал Мик.
– Что мне с ней делать? – спросила Тиффани, отрываясь от моего плеча. – Я хочу покоя. И чтобы вы оправдали Эриха Зюнца.
