– А то пахнет от тебя отвратительно. – Рейна театрально сморщила носик.
Стоило Микаэле удалиться, как в гостиной вновь разгорелся матч, в котором боец из одного угла ринга придумывал пытки, а второй пытался спасти Майкла от неминуемой гибели.
Наконец, посвежевшая и переодетая Микаэла вышла к подругам.
– Теперь мы можем ответить на твой вопрос, не подвергаясь газовой атаке, – заметила Рейна.
Микаэла швырнула в нее деревянный подстаканник в надежде попасть в лоб, но подруга вовремя поймала потенциальное орудие убийства. Микаэла засмеялась. Сложно оставаться серьезной, когда гиперактивная подруга походит на коршуна, который вьется над головой.
– Возможно, ты забыла, что как-то выдала нам ключ от своего пентхауса. – Су Ен помахала перед носом Микаэлы позолоченной ключ-картой. – Сказала, что мы можем приезжать сюда в любое время.
– А в Вегас нас доставил самолет, – добавила Рейна, усаживаясь рядом с Су Ен за кухонный стол. – Если собираешься нас накормить, то я лучше откажусь. Неподалеку видела уютное кафе. Как насчет того, чтобы сходить туда?
– Спешу согласиться с Рей. Повар из тебя так себе, – добавила Су Ен.
Микаэла знала, что подруги любили ее, но всякие попытки хоть что-то приготовить заканчивались настоящей катастрофой, поэтому ей оставалось признать поражение в битве с кастрюлями и ложками.
– Тогда поднимайтесь. – Микаэла энергично замахала руками, поторапливая Рейну и Су Ен, и выставила их за дверь.
Конечно, она вышла следом: есть хотелось безумно.
– Так что ты собираешься делать с Майклом? Он же твой истинный, – посмотрев на Микаэлу, все-таки решила уточнить Су Ен.
Когда-то они втроем спорили о том, насколько глубоко некий молодой человек по имени Майкл засел в душу тогда еще юной Микаэлы Айрес.
– Но перед тем, как упасть в его объятия, посмотрись в зеркало. Белобрысая шевелюра быстро охладит твое рвение, – добавила Рейна.
Покидать прохладу вестибюля желания не было, ведь по ту сторону стеклянных дверей их ждало адское пекло Города Грехов. Жара не спадала, и Микаэла могла на что угодно поспорить, что столбик термометра поднялся выше стоградусной отметки [6]. Сухость местного воздуха превращала людей в подобие липких слизней. Мерзость, одним словом.
– Кто бы говорил про верность, Рей. – Микаэла и Су Ен косо посмотрели на Рейну. И если Су Ен лишь вздохнула, то Микаэла выгнула бровь в ожидании ответа.
На свое восемнадцатилетие Рейна пообещала, что будет показывать своему истинному, что абсолютно не ждет и не ищет его. Со временем, не зная друг друга, оба они, кажется, превратили это в некоторое состязание, о чем свидетельствовали белесые пряди, продолжающие появляться на голове Рейны.
– Я уже записалась к парикмахеру, – тут же нашлась с ответом Рей, вмиг став серьезнее. Что бы она ни заявляла, но связь с истинной парой ранила ее душу.
Кафе, которое расхваливала Рейна, оказалось очень даже милым. Лучшим в нем было наличие кондиционера и умопомрачительных ароматов, которые заставляли изойти слюной. Неудивительно, что у Микаэлы заурчал живот, когда она почувствовала запах присахаренных блинчиков с кленовым сиропом.
– Мне нужны кофе и куриные крылышки, – заблестели зеленые глаза Рейны. За крылышки она душу могла продать, а вместе с ней и все имущество. – Я прилетела к тебе из Лондона, а Су Ен вообще из Сеула. Путь, между прочим, не близкий. Так что соизволь рассказать нам историю того, как наша ледяная и неприступная Микаэла
Стоило только принявшему заказ официанту уйти, как две пары глаз уставились на Микаэлу с явным давлением. Они как будто говорили: «Если попытаешься что-то утаить, мы кинем в тебя завтраком».
– Если бы я еще хоть что-то помнила. – С губ Микаэлы слетел истеричный смешок, когда она подумала о том безумном утре, фрагменты которого было невозможно выжечь из подсознания. – Мы встретились, чтобы прийти хоть к какому-то компромиссу.
Официант принес кофе.
– А потом тебя ударили по голове, и ты проснулась с ним в одной постели, да еще и с огромным кольцом на пальце.
– Мы выпивали, – продолжила Микаэла, размешивая сахар ложечкой.
– Может, сразу перейдешь к месту, где вы поженились, а потом переспали? – Рейна напоминала ребенка, который от нетерпения дергал Санту за пальто и выпрашивал свой подарок.
– Мы выпивали, – с бо́льшим нажимом повторила Микаэла, прищурившись поглядывая на подругу. – Немного поиграли в его казино, а дальше… дальше я ничего не помню. В свое оправдание скажу, что столько алкоголя я не пила за всю жизнь.
Разговор прервал официант, вернувшийся к их столику с полным подносом еды. Она показалась подругам настолько соблазнительной, что они решились ненадолго прервать разговор. Некоторое время над столом разносился только стук приборов, но вскоре по взгляду Рейны Микаэла поняла, что подруга была готова снова начать свой словесный штурм.
– Не пила столько, говоришь? Ой, не неси чепуху, – отмахнулась Рейна. – Мы в свое время пронесли в академию немало бутылок.
